Щенок цербера испуганно вздрогнул и вдруг юркнул в кусты прямо перед кикиморой. Я, охнув, сделал шаг за ним.

— Хмарок, северное отродье! — богиня схватилась за мою руку, но сила хватки была уже заметно слабее.

— Не смеши, Мавша, — я усмехнулся, — Мы оба знаем, что ни мне, ни щенку уже ничего не грозит. А силы в твоей кикиморе и вправду будет достаточно.

Сам я уже представил, что действительно мог бы скормить чудище церберу. Пусть он ещё щенок, но, потребляя магическую силу других существ, он очень скоро вырастет.

Правда, проблема в том, будет ли он меня слушаться… Я ведь уже не Тёмный Жрец.

— Молю тебя, бесчувственная скотина, — её ногти процарапали глубокие борозды на моей руке, когда я шагнул следом за цербером, — Молитвы надо исполнять!

Я застыл. Обернулся, круглыми глазами посмотрел на зарёванную Мавшу, а потом оценивающе глянул на тушу кикиморы.

Ну чтоб тебя, Отец-Небо. Неужели так будет всё время?

А ведь если подумать, нужна ли мне во врагах разъярённая морская богиня? Ведь так ни одно море переплыть… да что там, я и речку, наверное, не смогу перейти.

— Хмарушка… Ты и вправду самый храбрый. Никто бы не рискнул переродиться в человека, а ты осмелился. Ну, помоги, тут я бессильна!

Ну, вот как так получается? То сначала грозилась что-то мне оторвать, а то теперь — «Хмарушка, помоги, какая я дура!».

Тявканье снова донеслось где-то впереди. Мелькнула тень между стеблей, кромешное пятно в форме щенка выскочило, а потом снова исчезло. Будто поиграть приглашает.

Совсем слабенький цербер. На открытое солнце почти не выскакивает, стебли травы даже не колышет. Ему ещё расти и расти, поднимать свой ранг.

Вдруг откуда-то мне пришло знание, будто послание в голову пришло — впереди то самое озеро в поле, над которым растёт дерево, и кикимору нужно тащить туда.

Я словно увидел на краткий миг смазанную картинку. Вот я спешу к этому озерцу, чтобы наловить мальков кикиморы, но меня отпугивает взрослая особь.

Щенок со мной общался. Это вызвало у меня улыбку, всё-таки я — его хозяин.

— А всегда так было, — сказала Мавша за моей спиной, вздыхая сквозь слёзы, — Твой Сумрак всегда был добрее, чем его бесчувственный чурбан-хозяин!

— Эй, я ещё не сказал «нет», — я повернулся, — И я — не Хма…

Никого сзади не было. Накативший ветер и стрёкот насекомых чуть не оглушили, когда время вернулось в своё русло. Неудивительно, богиня и так тут задержалась.

Выглянуло солнце, тучи разбежались за мгновение. И всё бы ничего, но вместе с этим и страдания тела увеличились в разы. Я всё тот же израненный варвар, который чувствует себя, как побитая собака.