Боль была адская. В первый момент показалось, что всё, оторвало. Он успел увидеть искажённое яростью лицо вампира, почему-то в языках пламени. Увидел даже ниточку слюны, стекающую с клыков. Увидел струю тумана, который вместе с предсмертным криком вырывался изо рта умирающего. А потом потерял сознание.

Период беспамятства вышел каким-то беспокойным. В бреду виделись непонятные картинки. Реки алой, блестящей крови, сексуальные тётки, старательно и очень эротично изгибавшиеся. Только Птицына они почему-то совсем не привлекали. Очень хотелось пить, а ещё было невероятно холодно, как будто его под воду опустили. Помимо женщин был ещё странный усатый мужик в смешной шапке и красном пальто с меховым подбоем. Ужасно раздражающий. Мужик что-то требовал от него, но Валерке уже надоело общаться со всякими высшими сущностями, которые непонятно чего от него хотят. Набравшись сил, Птицын сказал:

— Отстань, Санта Клаус постылый. Иди ко всем чертям и пусть они тебя там сношают вилами.

Мужик даже не разозлился — он ужасно удивился, а потом начал таять. «Должно быть, пошёл-таки куда послали», — довольно подумал Птицын. После того, как мужик исчез, сразу стало гораздо легче, он перестал страдать от жажды, холода и, самое главное, отвратительных видений. Стало легко и спокойно. Валерка подумал, что вот она — смерть, приготовился исчезнуть окончательно, но вместо этого проснулся.

Вопреки ожиданиям, ничего не болело. Первое, что увидел Птицын — это склонившуюся над ним обеспокоенную морду Полкана. Естественно, дёрнулся тут же отползти, однако, попытка скрыться от ужасных клыков была обречена на провал. Лицо тут же принялись вылизывать холодным, шершавым языком, кто-то рядом заполошно охнул, отпихнул пса, и над ним склонилась ужа Алиса.

— Живая!

— Живой! — обрадовались одновременно. Птицын хотел было рассмеяться от такого забавного совпадения, но Алиса была чем-то ужасно озабочена, и он сдержался.

— Ты почему не обратился?! — воскликнула девушка. Почему-то в голосе слышались обвиняющие интонации.

— Эээ, не знаю, а надо было? — растерянно сказал Птицын, и попытался подняться. — А чего это я связанный?!

— Потому что ты должен был обратиться! Новорожденный вампир после того, как обратится, слишком силён и агрессивен, так было бы проще тебя убить.

— Охренеть! — ошарашенно воскликнул Валерка. — А можно поподробнее, зачем меня убивать? И если я ни к кому не обращался, можно меня уже развязать?

— Ты должен был обращаться не «к кому», а «в кого»! — рявкнула Алиса, а потом вдруг разрыдалась.

— Эй, ты чего?! — Птицын всё ещё плохо соображал. — Не, ну давай я ещё раз попробую. Может получится.