— Насколько я знаю, ему всё равно, он одинаково хорош как в том, так и в другом, но вы поинтересуйтесь ещё у кого-нибудь, я могу и ошибаться, — пожал плечами советник и, жестом показав, что автор презентуемой книги вновь начинает чего-то вещать, откланялся, направляясь поближе к сцене.

Но долго скучать Алексу не пришлось, буквально через несколько секунд подошёл ещё один господин и, представившись:

— Потоцкий Владимир Петрович, — свёл ни к чему не обязывающий разговор к своим дочерям, в количестве пяти штук. Причём то, что он видит в молодом графе потенциального зятя, стало понятно уже на первой минуте разговора, закончившегося словами:

— Ну, значит, договорились, граф, в пятницу у меня в загородном доме, — закруглился он, а Алекс, произнеся за весь диалог едва ли десяток слов, так и не понял, как согласился посетить этого странного господина, мечтающего, судя по всему, только об одном — поскорее избавиться от надоевшего бабьего батальона.

И только тот отошёл, как тут же подрулили очередные двое, на вид благородные, — а других здесь и не было, — но молодые, а значит, никого сватать не станут.

«Секунданты!» — определил князь, тут же получая подтверждение.

— Виктор Артьега.

— Андрей Платов.

Сухо представились господа и сразу перешли к делу, уточняя удобное для графа время, оружие и условия поединка, предложив стандартные, — когда дело не касалось кровных обид, — до первой крови, на что Алекс, конечно же, согласился, не желая ни быть убитым, ни убивать нахального бретёра, понимая, что после такогонадежда заполучить гордячку Разумовскую помашет ручкой и скроется в неизвестном направлении.

Да и опасался, конечно, чего греха таить, ведь тогда, на крыше теперь уже своего замка, он тоже думал, что вот сейчас он всем покажет, но на деле вышло, что без магии Алекс не протянул бы и минуты. Конечно, можно оправдаться тем, что силы были не равны, но всё равно его уверенность в себе серьёзно пошатнулась, пройдя через подобное испытание.

После секундантов к нему подходили ещё какие-то люди, что-то рассказывали, чем-то интересовались, но ничего интересного уже не происходило, те, с кем Алекс хотел бы познакомиться, на него и не смотрели, а выслушивать очередного пристраивающего дочерей «папашу» он не хотел сам, поэтому, послушав немного, о чём говорят со сцены, он отступил в тень и незаметно покинул мероприятие, глубоко сожалея, что вообще пошёл сюда.

— Как едем? — по-японски спросил Коба, дождавшись, пока Алекс усядется в кресло.

— В гостиницу, — буркнул князь, но японец помотал головой: