Наконец мимо окна проплыли белые шары фонарей моста Менял, покачивание на булыжниках сменилось ритмичным перестуком по каменной плитке. Я увидела, как навстречу карете выплывает из темноты угловатая громада «Четырех Банков» — и отпрянула от оконца, когда по нему хлестнули струи воды. Мелкий дождик обернулся сплошной стеной ливня внезапно, словно волчья стая, всю дорогу державшаяся поодаль, а сейчас почуявшая, что упускает желанную добычу. Одна из лошадей жалобно заржала, карета дернулась и остановилась. Кард распахнул дверцу и выпрыгнул наружу — судя по плеску и сдавленной ругани, угодив прямиком в изрядную лужу.

— Вылезайте, инспектор.

— Я…

…смогла только тихо пискнуть, когда сильные руки выдернули меня из кареты и, бережно прижав к груди, понесли вверх, над беснующимся по мраморным ступеням водопадом, навстречу распахнутым дверям.

— Дальше пойдете сами?

— Твкдмнм! — обиженно булькнула я. — И поставьте меня, все равно ведь промокла как… как… как ваша шляпа!

— Она непромокаемая, — неуверенно сказал полковник, опуская меня и берясь за край упомянутого предмета. Отскочить или завизжать я уже не успела — скопившаяся на полях и в тулье вода хлынула вниз — к счастью, мимо меня. Банковский привратник за спиной Карда охнул и закатил глаза, явно собираясь рухнуть в обморок.

— У вас есть десять минут, инспектор. — К полковнику снова вернулся привычный командный тон. — Буду ждать вас в своем кабинете.

— Непременно явлюсь, сэр, — печально вздохнула я, — если разыщу в своем гардеробе чистую и сухую одежду.

Задача не из легких, учитывая, какое опустошение в нем учинили предыдущие задания полковника. Хотя… я задумчиво посмотрела на марширующего к лестнице Карда. В коробках у шкафа по-прежнему покоился «верх непрактичности» — второй летный костюм и, насколько я помнила, прилагавшаяся к нему кожаная шляпка имела почти столь же широкие поля, как любимица полковника. Решено — надеваю… если справлюсь в одиночку с корсетом и юбками.

Конечно же, к полковнику я в итоге опоздала — а кто бы успел, пытаясь самозатянуться в злосчастный кожаный панцирь, к которому должно было прилагаться не меньше трех служанок?

— Прошу прощения, сэр.

— Вы… — Кард осекся, моргнул, видимо, пытаясь решить, явилась ли к нему в кабинет я или он уже начинает галлюцинировать от усталости, — переоделись.

— Так точно, сэр. Как вам, — я отставила ногу, — мои новые фиолетовые чулки?

— Потрясающе, — хмыкнул полковник, — особенно на коленках.

— Сэр…

— Молчу, — Кард поднял руку, — не обращайте внимания на старого брюзгу. Видимо, я отстал от моды, — полковник подался чуть вперед, прищурившись, — дюймов на двадцать. Располагайтесь… можете закурить, если желаете.