Мысленно я сделала напротив портрета Джотто большую жирную надпись: склонен к преуменьшениям. Сказать о «кухне ураганов» подобную фразу — все равно, что назвать град с дюймовыми льдинами легким осенним дождиком. У юго-восточной оконечности архипелага сходились воздушные течения двух океанов, а большая часть островов являла собой горные районы затонувшего материка. И полеты там были столь же «безопасны», как плавание по проливу Мертвых Кораблей, с его стремительным течением, бесчисленными рифами, отмелями, туманом и внезапными штормами.

— Но два пропавших корабля за полгода, — уже без прежнего напора в голосе повторил сэр Невилл.

— Обломки «Марии Небесной» обнаружены на склоне Семеру, мессир, — сказал Джотто и, предвидя следующий вопрос, добавил: — Это вулкан, почти две мили в высоту. Следственная комиссия предположила, что судно было подхвачено ураганом и разбилось о камни.

— Деталей подъемной машины, разумеется, не нашли, — задумчиво произнес Кард.

— Совершенно верно, сэр, — подтвердил секретарь. — Удар был чрезвычайно силен, куски обшивки разбросало на полмили. Части же, содержащие кейворит, — Джотто развел руками, — полагаю, могли бы быть обнаружены только при помощи астрономов. Собственно, даже останки на земле нашли по счастливой случайности.

— А второй корабль не нашли вовсе. — Сэр Невилл раздраженно бросил бумагу на стол. — Давайте сюда вашу траву, Джотто.

— С другой стороны, мессир, — Кард подошел вплотную к столу, почти упершись форменной пряжкой в край столешницы, — появление у крепсов собственных воздушных кораблей было лишь вопросом времени. — Паук при этих словах скривился, но полковник то ли не заметил гримасы, то ли отнес ее на счет лечебного настоя.

— Им есть чем расплатиться с контрабандистами, и весьма щедро. К тому же, мессир, в мире предостаточно сил, которые с удовольствием подбросят нам под ноги горсть пылающих углей — чужими руками.

— А еще на небе две луны, а в золотом скаттере четыре серебряных эрла. — Сэр Невилл сделал еще глоток и отставил чашку. — Эдмонт, не тяни змею за хвост! Если у тебя есть доказательства, непрошибаемые, как гномская броня, выкладывай их на стол. Уж поверь, я прослежу за тем, чтобы канцлер не сбросилтакой козырь, как пустую фоску. Итак?

— Нет, мессир.

— Плохо.

Паук брезгливо покосился на чашку с настоем. Затем все же взял ее, зажмурился и сделал несколько больших глотков.

— Плохо, — повторил он, откидываясь назад и улыбаясь. Я вздрогнула — то, что в начале движения, на свету, выглядело ласковой улыбкой доброго дедушки, в тени разом превратилось в маску с жутковатым оскалом.