К слову, чтобы спрятать механтропа в сарай, пришлось почти полностью разобрать крышу, а потом собрать заново. Да, у четырех дворян это получилось не столь хорошо, как у профессиональных кровельщиков, но целостность крыши была восстановлена почти полностью. Лишь у конька образовалась небольшая щель, в которую ветер задувал немного снега.
— Алексей, ты тут? — громко произнес я, едва открыв дверь сарая. — Надо наше научное оборудование кое-кому показать.
Из-за сложенного механтропа, занимавшего половину сарая, вынырнул изумленный Алексей с какой-то тряпкой в руках.
— Какого… — поинтересовался он, скидывая капюшон теплой куртки.
— Леш, ври что хочешь, но Мишка сделан для геологического исследования места падения метеорита. Ни слова о закрытии портала, — постарался сказать я настолько тихо, чтобы меня не было слышно за стенами.
Воронцов успел лишь кивнуть, как дверь за моей спиной вновь открылась, и в сарай вошел Остап Игнатьевич.
— Доброе утро, молодой человек, — приветливо улыбнулся он и протянул Алексею руку.
— Граф Алексей Воронцов, — быстро оттерев испачканные пальцы, он ответил рукопожатием.
— Остап Игнатьевич Вольский. Мне Тимофей Александрович рассказал про ваш необычный агрегат, — расплывчато начал шеф контрразведки.
Лешка изобразил испуганное выражение лица и посмотрел на меня.
— Можно, — кивнул я.
И следующие пятнадцать минут Воронцов, водя Вольского кругами вокруг механтропа, рассказывал, насколько важны исследования в районе Тунгуски, причитал, что этим вопросом никто не занимается, расписывал в красках Мишкины функции по забору геологических проб и даже закинул удочку на получение разрешения исследования музейного экспоната. В завершении разговора, Алексей затащил главного контрразведчика на чай.
— Интересный молодой человек, — негромко сказал Вольский, склонившись ко мне, когда Николай и Алексей удалились из столовой вместе с посудой.
— Этого я вам не отдам, Остап Игнатьевич, — ответил я, поняв его намек. — Хватит с вас Никиты.
Шеф контрразведки добродушно усмехнулся.
— Допустим, я вам поверил. И вертолет будет. Но с одним условием. Пилотировать и участвовать в разгрузке будут мои люди.
Мне пришлось согласиться. Наша маленькая команда с этой задачей не справилась бы.
— Вертолет будет завтра утром, — уже серьезно произнес Вольский. — Лететь с дозаправками около суток. Экспедиция должна быть готова к этому времени. И раздобудьте тулупчик потеплее, Тимофей Александрович. Там холодно.
Глава 31
Итак, на сборы было чуть меньше суток. Я и Остапов поехали в город за теплыми вещами, необходимым снаряжением и едой. Еще до нашего с Николаем возвращения из Москвы, Алексей успел собрать два генератора, и уже потом с помощью Никольского доделал остальные. Теперь дело было за переделкой механтропа. Но для нее нужна была одна вещь: сущность. Ближе к вечеру в поместье вернулись Никита и Даша. Теперь можно было заняться перемещением.