Не знаю, как я удержался, чтобы не присвистнуть. Вот это неожиданно!

— Что! — меня привел в себя крик баронессы, от которого, казалось, зазвенели стекла в оконных рамах. — Это невозможно! Он аферист! Он окрутил моего брата!

Женщина тряслась в приступе ярости, тыча в мою сторону костлявым пальцем. Я же смотрел мимо баронессы. Софья прикрыла глаза и отвернулась.

— Евгения Викторовна, прекратите!– скомандовал врач, направляясь к кровати больной. — Господин поверенный, если все формальности соблюдены, требую немедленно освободить палату.

— Полагаю, Евгений Петрович прав, — майор сурово посмотрел на баронессу.

Я решил подать пример и первым вышел за дверь. За мной вылетела Евгения Грофф.

— Арестуйте его! Он мошенник! — не успокаивалась она, хватая вышедшего вслед за ней Вишневского за лацканы униформы. — Мой брат не мог сделать это! Он не мог оставить нас ни с чем!

Арсений Владимирович, нахмурившись, посмотрел на скрюченные пальцы, вцепившиеся в его китель. Но женщина и не думала его отпустить.

— А теперь, Евгения Викторовна, я расскажу об истинной причине моего визита, — неожиданно терпеливо начал Вишневский, но взгляд его был тяжелым и суровым. — По факту смерти вашего брата и его жены возбуждено уголовное дело.

— Почему уголовное? — она вдруг разжала пальцы и отшатнулась. — Это ведь был несчастный случай⁈

— Видите ли, экспертиза показала, что в моторе машины кто-то покопался. То, что водитель барона в тот день не был на рабочем месте, натолкнуло нас на мысль, что с ним нужно побеседовать.

Я едва сдержал довольную улыбку, наблюдая, как Евгения Грофф мелко затряслась и начала хватать воздух ртом.

— Поэтому, — майор сделал паузу, — мы нашли его и допросили…

— Вранье! Не могли вы его допросить! — выкрикнула баронесса.

Но тут же замолчала, вытаращившись на Вишневского. Что, сболтнули лишнего, Евгения Викторовна?

Я не сразу заметил, что из-за угла появились два дюжих молодца в полицейской форме. Один отстегнул от пояса наручники, второй перегородил путь к повороту коридора.

— Евгения Викторовна Грофф, вы задержаны по подозрению в причастности к смерти барона и баронессы Грофф, — грозно проговорил майор и кивнул тому полицейскому, что держал наручники. — Советую не оказывать сопротивления. Это послужит усугубляющим вину обстоятельством.

— Вы не имеете права! У вас нет доказательств! Вы его не найдете! Он вам ничего не скажет! — разносился по коридору крик, похожий на воронье карканье, пока на запястьях женщины застегивали наручники.

— Мы очень постараемся, баронесса. На это у нас есть неделя. И, поверьте, если будет нужно, мы перевернем особняк на Дорожной вверх дном, но доказательства у нас будут. Полагаю, нынешний владелец дома не будет чинить препятствий следствию. Я прав, ваше сиятельство?