Сместившись «левее», Санька нашёл Славкино зимовье, рядом с которым стояли машины и знакомая ему Мицубиси Делика, на которой его везли из Лучегорской больницы. Почти всё, как здесь, — сказал сам себе Санька и аж присвистнул от пришедшей вдруг мысли.
— Это ж сколько чего натырить можно, если в каждом мире взять. Ха-ха! Этих Делик, например. Натырить у богатых в разных мирах и раздать бедным в своём, ха-ха… Только где он, тот свой мир? Хм! Как, где? Да вот он! Только отмотаем сейчас… На сколько мотать-то? Э-э-э… Я ж поохотиться нормально хотел. Умху… Это значит надо перебираться в год, когда тут ещё не было цивилизации и огнестрела… В тот же шестнадцатый — пятнадцатый век? Когда тут тазы и маньчжуры с луками охотились? Наверное. Надо будет и Славика как-нибудь пригласить поохотиться.
Санька, чувствуя возбуждение, мысленно «крутанул» счётчик веков, представив какую-то интерактивную карту, пролистнув сразу несколько. «Барабан» остановился на тысяча пятисотом году.
— Оно? Ну ка что тут в округе? У-у-у… Глухома-а-ань! Ха-ха! Глухомань, говоришь?
Он покрутил 'глобус вправо, влево и только на больших речках увидел селения, состоящие из небольшого количества фанз — одноэтажных строений длинной примерно четырнадцать и шириной восемь метров, покрытых двускатной соломенной кровлей. Санька слышал про эти дома манз и других дальневосточных народов и знал, как они устроены — видел макет в музее Арсеньева. Манзы, как утверждалось исследователями Пржевальским и Арсеньевым, были оседлые китайцы, сбежавшие из Китая. Что-то типа наших казаков, не желавших подчиняться государственной власти, селившихся на окраинах и смешивавшихся с соседними народами…
— И что я тут с ними буду делать? Китайский я не знаю. А Славик знает. И Капитан знает. Капитан и английский знает. Капитан же! Та-а-ак. Одному мне тут будет не просто. Хунхузы, опятьже… Эти таёжники не мне чета. Следопыты, мать их… Чингачгуки! Да, так и есть! Чем они хуже американских индейцев? Азиатские индейцы! Поймают и скальпируют. Ха-ха! Могут не успеть, конечно. Я уже отсюда силу чувствую. О-ох, как бодрит! А раньше не понимал, не ценил. Правильно говорят, что имеем не храним, а потерявши плачем. Свят-свят-свят! Чур меня, чур от того «моего» мира.
Санька нашёл реку Сучан, это та, что в Партизанском районе, и звалась она с будущем Партизанская и, пройдя по ней в верховья, он осмотрел территорию. Пусто вокруг.
— Пусто вокруг, только не спит барсук, — пропел он, и «крутанул» время вперёд до тысяча восемьсотого года, потом, немного подумав, продвинулся ещё на шестьдесят лет. Год основания города Владивосток…