— Да вы никак с болота будете, дерьмоглазые. — прогундел я, зажав нос.

Краем глаза увидел стремительно удаляющегося обожженного старичка. Уже хорошо.

— Ты, что ли, на Понта Сердцееда замахнуться решил, мясо? — положив руку на дернувшегося вперед ушибленного болотника, вперед шагнул мужик чуть почище. Сграбастав себя за ворот футболки, оттянул его вниз, почесал заросшую грудь, заодно показав связку ожерелий из человеческих зубов и вяленых ушей.

Показал, заглянул мне в глаза — увидел ли я страшные украшения?

Недоуменно поглазев на его грязную шею, я удивленно спросил:

— И что? Только аппетит, блин, подпортил перед ужином. — скорчив огорченную рожу, я лениво развернулся и пошел прочь.

— Эй! — грязная лапа попыталась сцапать меня за плечо.

Подавшись чуть в сторону, посмотрел на сграбаставшие воздух пальцы людоеда, глянул в лицо болотника.

— Хотел чего-то?

— Что-то про Понта вякали?

Хмыкнув, я чуть наклонился вперед:

— Старый гоблин восторгался им. Говорил, что Понт настолько крут, что каждый день сжирает сырьем человеческое сердце. И что с таким зверюгой лучше не связываться. Старый гоблин хвалил вождя Зловонки, восторгался им. А ты по роже ему дать хотел? Как-то не слишком хорошая рекламная политика вертикали власти, м?

Мы чуть померились взглядами. Медленно облизав губы, болотник убрал руку с рукояти ножа и со значением произнес:

— Одно сердце? Бывает и больше. Про Понта много не вякай, гоблин. Иначе однажды исчезнешь с концами здесь, а очнешься свиньей в клетке над морем дерьма там. Бойся, сука. И лучше мне больше не попадайся.

— Постараюсь. — пообещал я. — После того, как ты облизал вот так вот губы — точно постараюсь не попадаться.

Бросив на меня последний взгляд, болотник ушел, уводя с собой остальных.

Через мгновение рядом нарисовался вернувшийся старый гоблин, разведший руками:

— Вот так и живем! Спасибо. А я как-то прозевал.

— Стареем? — без малейшей жалости поинтересовался я, протягивая старику пищевой брикет.

— Не привык. — буркнул он. — Я же городской. Привык жить в городе и болтать что на ум придет. Кто там болотников бояться станет? Им в город хода нет.

— А мы где сейчас?

— Ха! Гоблин! Да ты тупой!

— Не спорю. Где туплю?

— А где ж здесь город? Это ж Гнойка!

— Ага… — поощрил я благожелательной улыбкой. — Она самая. Городское заведение.

— Тьфу! Где ж тут город? Город там. — гоблин махнул рукой куда-то к центру Дренажтауна.

— Центр?

— Середка. Куда все трубы и трубочки сходятся. Вот вокруг них и есть самый настоящий город. Там все здешние шишки обретаются. А здесь… тут все для деревни. Дальше-то их и не пустят.