Баск первым услышал какие-то звуки и ткнул меня ногой, извернувшись, наклонил голову в сторону входа на свиноферму. Мы тоже обратились в слух, но прошло еще секунд двадцать, прежде, чем я что-то вроде бы расслышал, а потом еще секунды три, чтобы убедиться в этом.

Пластиковые полотнища распахнулись, оставляя на них красные отпечатки, наружу вывалился залитый кровью болотник, схватившись за живот, с трудом стоя на истерзанных ногах, он захрипел:

— Сюда-а-а-а! Плуксы! Сучьи плуксы! Жрут свиней!

Не стоило и гадать, что у стражников в приоритете — двое тотчас рванули к сфиноферме, а третий юркнул в Понтохарт, донесся его призывающий подмогу крик. Два стража миновали ковыляющего навстречу раненого. Тот, шагая достаточно уверено, торопился в родную болотную кляксу — ему требовалась срочная перевязка. Вот он достиг мостика, неспешно побрел по краю вдоль невысоких перилл — чуть выше колена. И едва он спазматично дернулся от пронзившей его боли, наклонившись в нашу сторону, я выстрелил. Мимо. Еще раз. На этот раз игла вошла в его бок. Беззвучно разинув рот, он схватился за новую рану и завалился, рухнув в неслабый здесь поток нечистот, уйдя в него без всплеска. Дерьмо просто расступилось и приняло его как родного.

Минус один.

— Лежим. — скомандовал я и Рэк мягко опустился на место.

Куда торопиться?

Раз уж сюда прибыли плуксы — дадим болотникам время с ними разобраться, получая при этом раны и усталость.

Минуты через три — слишком медленно — гулко бухая ботинками и сапогами по трапу сбежало пятеро болотников, помчавшихся к свиноферме. Мужики крепкие, у каждого дубина и нож, снаряжение нацеплено наспех. Последний отставал, не в силах совладать с упрямым узковатым сапогом, прыгая на одной ноге и держа дубину подмышкой. Какая комичная ситуация… едва первые четверо скрылись за шторкой, а отстающий опасно приблизился к краю моста, я выстрелил, всадив иглу ему в ляжку. Подпрыгнув как ужаленный, болотник ожидаемо рухнул в реку нечистот. Перезарядка. Едва новый картридж встал на место, ублюдок вынырнул из дерьма и разинул рот для крика. Течение поднесло его ближе к нам, и я не промахнулся. Успел вовремя — выбежавшая еще одна троица болотников что-то услышала, даже увидела несомую рекой бурую кочку, но не осознала, что это погружающаяся голова их сдохшего другана.

— Изобрази плукса. — прошипел я Рэку, намереваясь задержать этих упырей.

Их нельзя пускать на свиноферму. Нельзя. Чем меньше там подкрепления — тем легче вторгшимся туда плуксам. Не знаю, сколько там голодных чешуйчатых тварей, но так хочется верить в светлое и доброе — что их там не меньше десятка.