Выбравшись, поманил великана пальцем и дэв послушно подошел, аккуратно обойдя дохлого мозгососа. Вручив ему первый трос, натянул вторую пару перчаток и вместе с Рэком взялся за второй трос.

— Тянуть? — спросил великан.

— Ждем. — покачал я головой. — Сеть трупов нестабильна. Возможны обрушения висящих тел, а под дохляками наши. Пришибет нахрен.

— Командир… ты себя со стороны вообще слышал? — после короткой паузы спросил Рэк и хрипло заржал. — Ты себя вообще слышишь⁈ Сеть трупов нестабильна⁈ Возможны обрушения висящих тел⁈

Пожав плечами, я чуть наклонился и гаркнул в яму:

— Выбирайтесь уже!

— На чем⁈ У меня рук-ног нет!

— Я не тебе!

— И вы мне хвост отвязать забыли!

— Тьфу! — сплюнул я. — Точно… Эй! Баск! И хвост ему отвяжи! От стены! От хвоста веревку не отвязывайте и с ней поднимайтесь!

— Хорошо… щит достали!

— Подъем!

Через десять томительных минут бойцы к нам присоединились. Баск молча показал изгвазданный в какой-то жиже щит, мокрая насквозь Йорка угрюмо молчала, но зло щелкала кнопкой фонаря. Свет. Тьма. Свет. Тьма.

— Потянули. — скомандовал я и налег на трос.

Налег — и едва не рухнул на спину, когда трос удивительно легко поддался в руках, а из ямы донесся ликующий вопль возносящегося гниды Хвана.

— Лечу-у-у-у!

— Вот дерьмо! — завистливо заявил Рэк, бросая трос и глядя на край ямы.

Там, чуть расставив ноги, выгнув поясницу, стоял дэв и легко-легко перебирая ручищами, вытягивал наверх двести килограмм груза. В одиночку. Двести кило. Шустро перебирая руками. Под темной кожей появлялись бугры таких мышц, что у орка слюноотделение повысилось. Я сам засмотрелся до такой степени, что едва не забыл отдать важную команду.

— Оттягивайте! — кивнул я Баску.

Они поспешили по коридору, держа идущую от хвоста веревку натянутой. Рисковать я не собирался.

Минута. Другая. Дэв тяжело шагнул назад и бережно опустил на край ямы кокон.

— Спасибо! Спасибо! — бормотала счастливая гнида.

— Пожалуйста. — вежливо ответил гигант, с любопытством оглядывая свой улов. — Ты что?

— Спасибо! — не мог остановиться щурящийся сквозь студень Хван.

— Займись лучше делом. — поморщился я.

— Каким?

— Жри. — схватившись за дохлого плукса, подтащил его к лицу Хвана и отступил. — Бросайте хвост и в сторону!

— Еда… — шепнул Хван и разинул рот.

РАЗИНУЛ рот. Раскрыл так широко, что туда легко бы вошла моя голова. Из студня проявился бугор с головой, что под хруст внешней оболочки подался вперед и впился зубами в тушу мозгососа, с легкостью пробив чешую, отодрав кусок шкуры и буквально воткнувшись в плоть.

— Там иглы! — вспомнил я запоздало.