Там живет главный паук Мимир и его прекрасная паучиха Вэттэ…
— Не хочу. — сказала Йорка.
— А? — очнулся я, с трудом возвращаясь к теме разговора. — Ты о чем?
— Ты сказал — давай вернемся на Окраину и будем там спокойно жить. Мой ответ — нет. Не хочу.
— Не сможешь. — поправил я. — Разве что через силу себя заставишь. И от этого будешь страдать остаток жизни. Для нас возвращение на деревенскую Окраину — проигрыш. Да, было весело сидеть в Веселом Плуксе, хлебать компот и бульон и рвать зубами жареное мясо. Но если дать тебе выбор — провести вечер в Доме Копулы или в Веселом Плуксе. Что выберешь?
— Копулу! Рыба! Кровать! Красота. Безопасность.
— Так-то вот. — грустно улыбнулся я. — К хорошему привыкаешь быстро. И терять это ой как обидно. Не позволяй себе привыкать к хорошему, Йорка. Не позволяй. Наслаждаться — наслаждайся. Живи моментом. Но не привыкай. А не привыкнуть тяжело — у Копулы под крылышком слишком уж спокойно, сытно и сладко.
— Так почему не остаться? Чем она плохой лидер? Или хочешь быть самым главным? Может, ты просто неуживчивый мудак?
— Может, и так. — усмехнулся я и, приподняв игстрел, выпустил одиночную иглу.
Умудрившийся проскочить трубодавку серый плукс рухнул в ящик с кровавой кашей. Чуть поскребся там и затих. Второй плукс схлопотал две иглы от выстрелившей почти в упор Йорки и упал, но остался внутри трубы — а та сдвинулась и растерла тварь в фарш. Тягучие потеки с хлюпаньем шлепнулись в ящик, выругалась Йорка, утирая лицо от брызнувшей крови.
— Не подходи близко. — предупредил я.
— Иначе мажу.
— Не подходи близко. — ровно повторил я.
— Поняла, командир, — вздохнула Йорка, отходя на несколько шагов. Сняв с вершины штабеля ящик, перевернула, опустилась на него и затихла, глядя на успокаивающуюся трубу.
— Я не боюсь подчиняться. — продолжил я. — Но не каждому. Знаешь, чем плоха Копула как лидер?
— Откуда? Я же тупая гоблинша.
— Я в курсе.
— Сдохни!
— Копула остановилась. Она стара. И в душе хочет только одного — стабильного спокойствия во всем. Она уже не хочет развития, она уже никуда не рвется. Она всем довольна. А раз так — мне с ней не по пути.
— А ты рвешься… и куда?
— Да хрен его знает, — признался я. — Но для начала вон туда, — вытянув руку, я ткнул пальцем в ярко освещенную паучью обитель.
— Лихткастил. — произнесла напарница. — Да кто нас туда пустит?
— Как кто? — удивился я. — Нам вообще-то там должны выдать кучу солов!
— Как это? — вытаращилась на меня Йорка. — За то, что плуксов здесь стреляем? И что? Какой-нибудь гоблин-паук покажет, с какого банкомата снять денежку. И отправят нас вниз. Не на встречу же торжественную ты рассчитываешь?