Новая жизнь
Номер двадцать три.
Часть первая.
Второй шанс – двадцать третий номер.
Глава первая.
Новая жизнь.
Машина катится плавно и мягко по мокрому асфальту. Минуту назад лило как из ведра, теперь же ярко светит солнце, копьями озаряя салон автомобиля. Я приоткрываю окно, и вдыхаю запах мокрой пыли. Поворачиваюсь, и вглядываюсь в усталое лицо мужа: сосредоточенный взгляд зелёных глаз, внимательно следит за дорогой; тёмные волосы чуть растрёпаны от короткого сна в машине; двухдневная щетина Глеба только красит. Рука сама тянется прикоснуться к сильному подбородку – короткий, но тёплый чмок останется в памяти навсегда.
— Останови, поменяемся. — Говорю я, и моя рука ложится на бедро мужа.
— Озеро уже скоро, не переживай, я в норме. — Глеб пытается скрыть зевок, прикрывая рот рукой, — Ёжик звонил?
Я отрицательно качаю головой: — дети больше не звонят, они эсемесят.
Брови мужа чуть подрагивают, и он выдаёт протяжное: — ааа.
Достаю свой телефон, чтобы зачитать последнюю смску от сына, но он предательски выскальзывает из рук и с глухим стуком падает куда – то на пол.
— Ёлки – палки, — муж быстро шарит под сиденьем, — вроде нет.
Наклонившись, обвожу взглядом пространство: давно забытая резинка для волос; одинокий сухарик; обрывок бумаги, но телефона конечно нет.
— Нашла?
— Не – а. — Я выпрямляюсь, и, собрав волосы, пытаюсь дать своим детективным способностям второй шанс, но рука Глеба ныряет снова под сиденье.
— Посмотрю, — один роковой наклон, слишком долгая минута.
— Ладно, Глеб. Потом найду.
Но муж упрямый – торс наклоняется сильнее: — я его вижу, Настён. Подожди – ка.
Удар пришёлся толчком со стороны мужа, выбивая воздух из груди, и на одно злосчастное мгновение остановил время.
Впереди мелькнули фары, я что – то выкрикнула, но никак не могу вспомнить что именно, а потом тишина – скрипы, скрежет, крики. Всё закрутилось в безумной свистопляске.
Я пытаюсь шевельнуться, но всепоглощающая боль резко вспыхнула в плече.
Открыв глаза, соскакиваю с кровати. Со лба течёт пот. На часах девять часов сорок пять минут утра.
Тяжёло дыша, натягиваю чёрные джинсы.
— Ёжик, мы опаздываем.
На ходу натягиваю носки, с угрызением совести смотрю на не заправленную кровать: — Ёжик, слышишь? — Подгоняю сына, но слова были адресованы самой себе.
Быстрыми шагами иду в комнату сына, выкручивая волосы в пучок. Спотыкаюсь о коробку, которую клятвенно божилась разобрать ещё вчера, наконец, останавливаюсь у двери, однако она распахнута настежь, а комната и вовсе пуста.
В спальне сына идеальный порядок, поёжившись, я спускаюсь в кухню – гостиную. На круглом столе замечаю обрывок бумаги:завтракал ,взял папину машину, тебе к двенадцати – не забудь! Целую.