Кровь прильнула к глазам.
Метнувшись за другом, падаю на край, но рука хватает лишь воздух. Он будто просто исчез, но пальцы до сих пор скрючены.
До ушей доносится отдалённый крик, я встаю, сжимаю кулаки и хочу размозжить черепушку ублюдка об бетон, из груди вырывается животный, утробный вой, но крыша уже пуста.
***
Тишина в доме кажется мне оглушительной. Чтобы отвлечься, решаю приготовить сырный суп, но сначала пишу сыну короткое сообщение: «На ужин сырный суп, долго не ходи». Убираю телефон в задний карман джинсов и начинаю резать картофель небольшими кубиками; следом -шампиньоны, морковь и лук. На дно сковороды отправляется кусочек сливочного масла. Когда он расплавился, добавляю растительное. Масло начало пениться - отправляю овощи и грибы, а в мыслях - голубые глаза ледяного цвета.
Почему так тяжело на душе?
Картошка покрылась красивой корочкой. Перемешиваю и оставляю ещё на пару минут. Достаю из холодильника куриный бульон, вливаю в кастрюлю. Пальцы выхватывают телефон из кармана -новых сообщений нет. Бульон закипел. Аккуратно опускаю в него шкворчащее содержимое сковороды. Несколько минут - овощи и грибы поженились с бульоном. Кладу плавленый сыр, убавляю газ. На сердце становится совсем неспокойно - набираю Ёжика. Гудок, ещё гудок - ответа нет. Мешаю венчиком. Сыр тянется длинными нитями. Открываю сообщения - пролистываю вниз до фотографий, которые отправлял мне Марк. Палец зависает над номером. Качаю головой - нет! Снова звоню Ёжику - абонент недоступен. Выключаю огонь, всыпаю горсть свежего укропа, белый и чёрный перец. Пробую. Подсаливаю. Телефон вибрирует в руке. Кидаю судорожный взгляд на экран, но там неизвестный номер. Через несколько мгновений поднимаю трубку: — Алло.
— Анастасия Фомина? — спрашивает деловитый мужской голос.
— Это я.
— Следователь Дубров. Ваш сын… Он в больнице, состояние тяжёлое. Мы ещё не понимаем: прыгун он или нет.
— Прыгун… В больнице… — тело оседает на пол. С венчика срывается капля горячего супа, но я её совсем не чувствую.
— Возьмите, пожалуйста, ручку и листок. Я продиктую адрес.
Жизнь за жизнь
Часть вторая.
Мой омерзительный и прекрасный флёр
Глава двенадцать.
Жизнь за жизнь.
Дверь открывается, я делаю шаг на асфальт. Сестра поддерживает меня за локоть. Кладу ладонь на её руку, но онемевшими пальцами не чувствую ничего.— Осторожно, Настя, здесь порожек. — Голос где-то очень далеко.Что там произошло?Марк говорил о дружке девчонки, но за что? Ватные ноги резко останавливаются, взгляд зацепился за лестницу, проходит несколько минут, а я жду, когда Ёжик спуститься. Сядет на одну из лестниц.«Мам». — Скажет он, уже взрослым баритоном. Карие глаза смеются, милые ямочки на щеках, как у отца.— Настя, идём, приляжешь.— Его нет... — Да, милая, это так. — Кики обнимает меня за плечи, а я безвольно плетусь за ней. Слёзы льются единым потоком, но я не стараюсь их унять.Проходя мимо его комнаты, сестры тянет меня в мою спальню, однако я с силой отталкиваю её.— Не надо, Настя.Я упрямо захожу в комнату Ёжика: всегда идеальный порядок; одежда аккуратно сложена; книги на полках выстроены по году издания. Открываю шкаф - в чехле для одежды висит футбольная форма. Тяну за собачку, снимаю с вешалки футболку. Надеваю и ложусь на кровать Ёжика, обняв себя за плечи. Подушка всё ещё пахнет шампунем с ментолом.