Телеграмма била Мама́в болевую точку — датчанка ненавидела немцев!

Подытожив изложенное, я сообщал ей о принятом решении отправить дядю Алексея на покой и просил поддержки для гашения неизбежных интриг в семье по этому поводу.

Возможно, что это было не особо и нужно, но я рассчитывал, что Мама́, отвлечёт на себя свору великих князей старшего поколения, пока я не закончу с проведением московского заседания Госсовета…

«Не хочу, чтобы они что-то почувствовали и обратно из Питера прикатили. Пусть развлекаются там интригами!»

— Итак, господа, я планирую сделать несколько важных распоряжений и объявлений, — я прервался, чтобы выпить чая, и продолжил. — Сегодня днём я подписал рескрипт об отстранении от должности генерал-адмирала Алексея Александровича Романова.

Услышав и осознав смысл моих слов, Чихачёв только лишь крякнул и выразительно посмотрел на Сандро, очевидно, предполагая его в преемники.

— Должности такое более не будет в российском флоте, ибо времена её прошли. — ответил я на незаданный вопрос. — Но заменять её функции надо. Поэтому я принял следующее решение, распространив его также и на вопросы военного министерства. Для управления военными и морскими делами создаётся Особое Высочайшее Совещание при императоре. В его состав от моряков войдут морской министр Николай Матвеевич Чихачёв, вице-адмирал Павел Петрович Тыртов[6], контр-адмирал Степан Осипович Макаров[7], вице-адмирал Фёдор Карлович Авелан[8] и…

Потянув в раздумьях паузу и прихлёбывая чай, закончил:

— Капитан первого ранга Зиновий Петрович Рожественский, а также на правах член-корреспондента, наместник Дальневосточного имперского округа Алексей Михайлович Романов!

Народ удивлённо захлопал газами, Ник Ник младший даже слегка чаем поперхнулся от новости про Сандро, однако каких-либо протестов не последовало.

Чихачёв, немного помолчав, спросил:

— Ваше величество, позвольте узнать, чем вызвано особое выделение Рожественского? Безусловно, это талантливый моряк и его карьера подаёт надежды, но всё же он такой не один.

— Вот именно дорогой Николай Матвеевич. Зиновий Петрович, конечно же, не один, и я выбрал из плеяды достойных наугад. Хочу разбавить заслуженных адмиралов свежим взглядом.

На самом деле мои резоны были просты — я довольно-таки мало разбирался в предмете. Да про Порт Артур и Цусиму было очень много сказано и написано… Однако! Тот же Макаров может быть и талантлив, но ведь никто так и не узнал каков он в бою броненосных эскадр. Может, такой же невезучий, как и Зиновий Петрович? Англичане, по слухам, в личных делах о везении пометку ставят… А посему я решил собрать их всех в единый совещательно-командный орган и посмотреть своими глазами.