— Да-да, миссис Питерсон, я узнаю все.

— Я велю сейчас позвать эту глупую Рози. Сделайте вместе что-нибудь, я не хочу слышать этот крик.

Ребенок уже не просто плакал, а орал, захлебываясь плачем. Тонко подвывала молодая кормилица, а хозяйка орала, уже даже не снижая голоса.

Миша бегом бросился прочь, не в силах вынести этот детский плач, отчаяние кормилицы и вопли горе-матери. Ноги сами вынесли к селению рабов. Из хижины, где накануне Миша видел избитого мужчину, выскочила кухарка Рози и бросилась в сторону дома. Миша успел спросить ее:

— Вам чем-то помочь?

Женщину удивленно подняла на него заплаканные глаза:

— Помочь? Нечем мне помочь, милый.

Она побежала по тропинке к дому, а Миша постоял на месте и потом зашел в хижину. Мужчина, которому уже кто-то, скорее всего Рози, перевязал раны, лежал с открытыми глазами. Увидев Мишу, мужчина хрипло спросил:

— Ты кто, парень?

— Я приехал вчера с мистером и миссис Уайт. Миссис Уайт сестра вашей хозяйки.

— Понятно, — мужчина тяжело вздохнул и прикрыл глаза.

— Может, вам чем-то помочь? Я вижу, вам принесли еду. Давайте я вас покормлю. Я тоже лежал избитый, как и вы, я знаю, как тяжело делать любые движения.

— А тебя за что, парень? — спросил мужчина, пристально глядя на нежданного помощника.

Миша уселся на стул рядом с топчаном, взял ложку и миску с едой и аккуратно поднес порцию ко рту больного.

— Били на невольничьем корабле, очень непокорный был. Вам надо поесть, чтобы были силы.

— Это ты молодец, парень, что сопротивлялся. Эти белые решили, что им все можно. Те, кого давно привезли, уже не знают, что такое сопротивление.

Мужчина с трудом закончил фразу, потом также с трудом проглотил ложку овощного рагу.

— Я тоже раньше не сопротивлялся. Думал, что все нормально будет, пока не женился на местной рабыне, и тогда мистер Питерсон выкупил меня у моего бывшего хозяина.

Мужчина снова замолчал, потом продолжил:

— Раньше я не встречал таких людей, как миссис Питерсон. Моя теща Рози говорила, что даже мистер Питерсон сильно поменялся, когда женился на ней. Сейчас все у нас по струнке ходят, чтобы не рассердить хозяйку. Лишний раз бояться попасть ей на глаза.

Нет, парень, убери это. Не хочу я есть. И даже это можно было перетерпеть, если целыми днями работать на плантации и не видеть хозяйку. Но стало совсем плохо, когда оказалось, что она и моя жена Мари забеременели почти одновременно. Других кормящих у нас нет, поэтому у Мари не было выхода, только стать кормилицей маленького хозяина.

Мужчина снова надолго замолчал, видимо, собираясь с силами. Миша осторожно спросил: