— Северный же союз держался дольше. Фаренгейт и Квиллинт, зажатые на самом севере, быстрее всех покинули союз. Клан Гайранос держался очень долго. Собственно, когда-то прибытие твоего отца в наш клан было знаком доброй воли с их стороны. Но нет, прошло совсем немного времени — тебе, наверное, даже пяти лет не исполнилось — как Гайранос покинул Северный Союз. В итоге от всего Союза остались Уайтхолл и Джеминид. И отдаю Виктору должное: этот союз сохранился в первую очередь его усилиями.

— Почему же вы тогда допустили, чтобы в наш клан прибыл представитель Зинтерры, если они для нас — такие опасные враги? — спросил Сареф.

— Политические игры, мой мальчик, — слабо улыбнулся Адейро, — все обязаны играть по их правилам и чтить закон гостеприимства. Да и одновременно с ним прибыл и представитель клана Айон. В присутствии друг друга они бы не решились на что-либо, что могло бы хоть как-то их скомпрометировать. По крайней мере, в глазах друг друга.

— Собственно, это и есть ответ на твой вопрос, — продолжал глава клана Джеминид, — если бы Айон и Зинтерра продолжили бы слишком сильно доминировать над остальными в Состязаниях, Система вновь вмешается и стабилизирует этот процесс. Так что последнее время они выставляют чемпионов, если так можно выразиться, по некоей планке качества. Такое у меня, по крайней мере, сложилось впечатление. Ну, или изредка позволяют себе поиграть в помазанников, как сегодня.

— Поиграть в помазанников? Это как? — не понял.

— Да, собственно, то, что ты и видел сегодня, — раздражённо пояснил Адейро, — настолько могущественные кланы, сдаваясь другим, фактически дают им право представлять в Состязаниях в том числе и самих себя. И клан Парсент оказался в очень невыгодном положении. Хоть они и продали своё место стревлогам, но по факту этот Эргенаш выступает от имени клана Парсент. И если он проиграет — это будет означать неоправданное доверие клана Айон. Этому Стиву будет проще. Он — Вольный, и Зинтерра в случае поражения вряд ли станет ему что-то предъявлять. Он гол, как сокол. А вот предъявить за неоправданное доверие целому клану… Ох, не завидую я сейчас Корнелию, это ж надо было так попасть…

— А если этот Эргенаш выиграет Состязания? — поинтересовался Сареф.

— Что за дурацкие вопросы? — сердито спросил Озмунд, от возмущения даже привстав с дивана, на котором он последние несколько минут почивал, с любовью созерцая свою флейту, — Состязания выиграю я!

— Несомненно, мы все за тебя болеем, Озмунд, — примирительно сказал Сареф, — но всё же, теоретически, если победу одержит Эргенаш?