Сареф злобно и обидно расхохотался, наблюдая, как две самые ненавистные ему женщины в мире стали таким посмешищем. Джайна пронзительно завизжала, прикрывая себя руками, Аола же с ругательствами, недостойной дамы благородных кровей, поднималась на ноги.

Но у мальчика не зря уже в таком юном возрасте был такой развитый Интеллект. Понимая, что для него праздник на сегодня закончен, и что он и так получил куда больше, чем мог рассчитывать, Сареф припустил обратно в свою комнату. И, искренне наслаждаясь тем, что он может вольно сохранять чувство баланса и открывать не очень тяжелые двери, Сареф готов был искренне поверить в то, что Система была благосклонна к нему в этот день.

Поднявшись в свою комнату, Сареф тотчас заперся. Несколько минут спустя в дверь забарабанили с гневными воплями, в которых он различил и Джайну, и Аолу. Но открывать он им разумеется, не собирался, и только злобно хохотал из своей комнаты, наслаждаясь тем, что ему удалось устроить. Наконец, спустя десять минут гневные вопли стихли. Судя по звукам, Аола увела Джайну, но нельзя было сказать, что Джайна уходила спокойно. Наоборот, Аола получила массу обвинений в том, какого ублюдка она породила, и как он теперь портит жизнь всему клану. Звучный хлопок, который, как искренне надеялся Сареф, был очередной оплеухой Джайне, заставил любимую кузину, наконец, заткнуться. Раньше подобные оскорбления возмущали Сарефа, но теперь он чувствовал лишь глубокое моральное удовлетворение. Разница в возрасте уже не так пугала, а Интеллектом на данный момент Сареф превосходил свою скудоумную кузину едва ли не вдвое. Да то ли ещё будет…

Однако спустя несколько минут дверь в комнату открылась. Привстав с кровати, мальчик увидел, что в комнату вошёл Адейро. Это стало неприятным сюрпризом для Сарефа: оказывается, глава клана в пределах поместья мог открывать любые двери. Но, тем не менее, он храбро встал на ноги, готовясь защищать себя до последнего. Потому что уже в возрасте десяти лет мальчик твёрдо знал, что никто, кроме него самого, за него не вступится.

— Ну и что ты такое устроил? — с лёгким укором спросил Адейро, — так унизить собственную мать, любимую сестру, да ещё в присутствии такого количества гостей… как тебе не стыдно?

— Я их и пальцем не тронул. Они сами виноваты, что неуклюжие, как коровы! — звенящим от гнева голосом произнёс Сареф, с трудом удерживаясь от того, чтобы не плюнуть в Адейро за то, что он назвал Джайну «Его любимой сестрой». Да видал он их обеих в гробу!

— Но ты спровоцировал Джайну, — возразил Адейро уже куда более суровым голосом, — зачем ты это сделал? Девочка сейчас проходит сложный подростковый период, ей нужно учиться знакомиться с мальчиками, не чувствовать себя скованно в их присутствии.