— То есть, по вашему, после всего, что Джайна мне сделала, я должен просто позволить ей жить и наслаждаться жизнью?

— Довольно, — резко сказал Адейро, — мне хватало происшествий предыдущие десять лет. С меня достаточно этой головной боли! В общем, если я узнаю ещё раз, что ты оскорблял или унижал Джайну…

— Дядя Адейро, вы — подлый человек! — не выдержал Сареф, — пока я был слабым и беспомощным, и Джайна надо мной без конца издевалась, всех всё устраивало, и никого не надо было наказывать! Но как только я вырос и научился давать сдачи, как вы мне приказываете держаться от неё подальше! Это всё потому, что она — дочка брата главы клана? Да? Отвечайте! ДА⁈

— Значит, я подлый человек? — Адейро на удивление сдержанно отреагировал на слова мальчика, — посмотрим, что ты скажешь через пару дней. Что ж, продолжим твоё обучение. Как ты уже, разумеется, знаешь, клановые поместья не имеют категории безопасности. Связано это с тем, что каждое клановое поместье имеет Хранителя, который день и ночь оберегает покой своих обитателей. Членов клана всегда знакомят с ними в возрасте десяти лет. Настала пора и тебе познакомиться с нашим Хранителем. Геом! — рыкнул Адейро.

Шар с магическим светом, освещавший комнату мальчика, замерцал. А в следующую секунду в комнате возник…

Наверное, больше всего ему подходило название Стеклянный человек. Ибо очертания он имел человеческие, но при этом был совершенно прозрачен и едва слышно звенел при движении.

— Это — Хранитель нашего поместья, — сурово сказал Адейро, — название нашего Клана происходит из древнего языка, которым раньше называли драгоценные камни. Соответственно, наш Хранитель выглядит именно так. И выглядит значительно презентабельнее, чем хранители клана Мэндрейк или клана Эксайл. Хотя, конечно, все они одинаково смертоносны. И это, мой мальчик, и есть твоё наказание. Геом! Сарефу запрещено на один день покидать пределы своей комнаты. Не давать ни еды, ни воды, не выпускать ни под каким предлогом.

— Слушаюсь, глава Адейро, — глухим стеклянным голосом повторил Хранитель, — не выпускать, еды и воды не давать…

— А… а… а если мне в туалет надо будет? — спросил Сареф. Адейро лишь вопросительно посмотрел на Геома. Тот сделал неуловимое движение руками, и через мгновение от них отделился алмазный горшок, аккуратно приземлившийся возле постели мальчика.

— Неудобств не будет, — мягко улыбнулся Адейро, — если ведёшь себя как маленький непослушный ребёнок — то будешь сидеть без еды и ходить на горшок. И по-хорошему тебя прошу, Сареф — да, если ты уже сделал вывод, что я — подлый человек, то ты должен понимать, чтовот это — ещё по-хорошему. Оставь Джайну в покое. Не внемлешь голосу разума — с тобой будет совсем другой разговор.