Луи гордился. И дело было не в том, что он просто радовался своим «педагогическим» успехам. Не в том, что он считал себя хорошим учителем, способным выдрессировать новичка. Нет. Я видел это по его глазам, когда он сказал после рассказа о моих приключениях в Европе.

— А ты молодец, парень. Я знал, что сможешь. Вот вообще в тебе не сомневался…

В этих глазах не было самолюбования.

Луи гордился мной. Тем, что я сделал. Тем, как я справился. Тем, кем я стал под его присмотром, а может быть, и вопреки своему собственному прошлому. И его желание — почти что требование — чтобы я разделил с ним эту минуту, чтобы я признал свой успех вслух, рождалось именно из этого. Ему нужно было, чтобы я тоже это увидел. Чтобы понял — я вырос. Стал лучше.

Глупо, конечно. Мы взрослые люди, сидим в машине, впереди ещё куча дел. Но в этот короткий миг я вдруг остро ощутил то, чего мне всегда не хватало. То, что я не смог бы назвать словами и описать, пока не столкнулся с этим лицом к лицу.

Возможно, я и сам никогда не задумывался над тем, насколько сильно сам в этом нуждался. И только после долгой паузы в нашем общении из-за моей поездкой, я понял это.

Остаток дороги я смотрел в окно, отвечая на его вопросы. Порой получал похвалу за правильные решения. Порой он меня ругал так, что стёкла дрожали, за сделанную глупость. И спасало меня лишь то, что всё получилось и я добился успеха. Я слушал его, а сам думал совсем о другом. Мы начинали врагами. А пришли к тому, что этот чужой, по сути, человек стал для меня кем-то большим, чем просто наставник. И, может быть, я могу ошибаться, но я тоже перестал быть для него всего лишь бременем, взваленным на свои плечи ради желания сдержать данное слово.

— Спасибо, — сказал я после продолжительного молчания.

— За что? — поинтересовался Лерант, прикурив сигарету от зажигалки и со звонким щелчком закрыв крышку.

— За всё, — честно сказал я. — Без тебя бы не вышло. Вообще ничего не вышло бы.

В ответ он с довольным видом хмыкнул и, сняв руку с руля, похлопал меня по плечу.

— Всегда пожалуйста, парень. Ладно, поехали. О, кстати, раз уж вспомнил. Открой бардачок.

Заинтригованный, я протянул руку и открыл его. Внутри, криво и косо упакованная в ярко-зелёную обёрточную бумагу, лежала небольшая и плоская коробка.

— Это ещё что? — не удержался я от вопроса, хотя и без того знал ответ.

— Подарок, — хмыкнул Луи и затянулся сигаретой. — У тебя же вчера день рождения был, или я путаю?

Услышав его ответ, я не смог удержаться от усмешки.

— Не путаешь. Но ты ведь и так это знаешь, да?