– Офигеть, – выдохнула я. – Я б от страха описалась. И после такого ты не веришь в призраков?

– Не верю, потому что их нет.

И только Аська это произнесла, как распахнулась уже створка нашего окна в кухне, задела нагромождение из кастрюль и сковородок, и вся эта пирамида с грохотом рухнула вниз. От неожиданности мы обе вскрикнули. Аська бросилась закрывать окно, я – подбирать посуду.

– По-моему, призраки с тобой не согласны, – пошутила я.

– Это просто ветер, – ответила Аська, задвигая шпингалет.

Я долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок и бесцельно пялясь в темноту. Аська проводила меня до комнаты и ушла со свечой. Я снова подперла дверь стулом и улеглась, подоткнув везде одеяло под себя. Телефон положила в кровать, чтобы в случае чего быстро схватить и осветить комнату. Заряда оставалось мало, но на ночь, думаю, должно было хватить.

Я лежала и вслушивалась в ночные звуки. Где-то далеко-далеко, скорее всего из леса донесся тихий стон, переходящий в плач. Я сразу вспомнила, как Настя рассказывала про зов ведьмы и мне стало не по себе. Мне захотелось выглянуть в окно, но потом я передумала. Ну что я там увижу – непроглядную темень? Даже звезд нет. Ужаснее всего будет, если в этом мраке я вдруг разгляжу чьи-то светящиеся глаза…бррр…

Да ещё Аська на ночь глядя рассказала мне страшилку. Я слышала про такого рода гадания с выстраиванием зеркального коридора, но сама ни разу не гадала. Жутко же.

Интересно, что Маринка потом сделала с зеркалами? Стала как обычно пользоваться ими или выбросила? Я обязательно бы выбросила. А перед этим ещё бы и разбила. На всякий случай. А то мало ли…

А если Маринка оставила их у себя?

Не успев самой себе ответить на этот вопрос, я вдруг словно перенеслась в Маринкину комнату.

Зеркало, в котором они видели Пиковую Даму, стоит на столике около её кровати. Продолговатое в узорчатом обрамлении. Ночь. Маринка спит. Каштановые волосы разбросаны по подушке. Тонкий луч лунного света пробивается сквозь неплотно задернутые шторы и освещает кончик её вздернутого носа и дорожкой ложится на стол, поднимаясь к зеркалу. В отражении видно изголовье кровати и звезды. Я пристально вглядываюсь в зеркало и вдруг вижу сквозь звездное небо чей-то глаз! И тут я понимаю, что отражение в зеркале, это всего лишь занавеска, сквозь которой за Маринкой давно уже наблюдают!

Вдруг в зеркале колыхнулись звезды, по поверхности пошли складки, и, откинув занавесь, появилась рука в черной бархатной перчатке с золотым перстнем. Ладонь уперлась в твердую гладкую поверхность, надавила всеми пятью пальцами, в лунном свете тотчас сверкнул бриллиантовый камень на пальце, отбросив по стенам неясные блики. Пиковая Дама (а это была несомненно она) отвела руку и со всей силы ударила бриллиантом по прозрачной преграде. Раздался неприятный хруст. Зеркало покрылось тонкими трещинками и тут же со звоном осыпалось внутрь.