Я была слишком самоуверенной. Решила, что раз Леви я не нужна, то могу делать всё, что пожелает моё отчаянное сердце. Но я крупно ошиблась.
Подойдя к барной стойке, я планировала продолжить веселье, хоть оно уже не казалось таким приятным с приходом истинного. Но стоило мне подойти и сесть на высокий стул, как неожиданно Леви схватил меня за предплечье, после стаскивая со стула. Я, не удержав равновесие, случайно задела бокал девушки, что сидела сбоку, и тот полетел на пол, разбиваясь на множество осколков. Только из-за громкой музыки этого не было слышно.
Мне стало стыдно перед девушкой, однако это чувство резко испарилось. Леви начал тянуть меня в сторону, я же принялась упираться такому его поведению. Схватилась за спинку стула, но и он упал на пол, чем привлёк ненужное внимание. А может и нужное, только никто не смел помешать истинному творить всё, что ему вздумается!
– Отпусти! – крикнула я, отчаянно пытаясь вырваться из мёртвой хватки. Безуспешно.
Леви ничего не ответил, но, не отпуская меня, наклонился и поднял мою толстовку, что упала вместе со стулом, так как висела на его спинке.
– Я не хочу уходить!
Пульс участился от близости Леви, а потом, когда он резко развернул меня к себе лицом, я ощутила жар внизу живота, несмотря на то, что его глаза и выражение лица были яростными и холодными. Он точно злился, однако я старалась не думать об этом. Кто он, чтобы так поступать со мной?.. Чёртов истинный, которому я не нужна!
– Ты не имеешь права!
– Серьёзно? – впервые этот мрачный тип поднял уголки губ вверх, правда после этого так быстро присел, что я успела сообразить, что происходит, лишь, когда оказалась на его плече.
Воздух в лёгких застопорился. Я принялась бить его по спине, кричала, надеялась, что кто-то сможет мне помочь. Но посетители клуба только свистели и смотрели на нас, как на парочку.
Чёрт!
Выйдя на улицу, где я ощутила прохладу вечернего воздуха, что заскользил по разгорячённой коже, Леви поставил меня на асфальт. Кинул мне под ноги мою толстовку, а потом вытащил сигареты из кармана, сразу же закуривая одну из них. И даже охране сказал, чтобы меня больше не пускали в клуб.
И вот тогда меня прорвало:
– Катись к чёрту! Я тебя ненавижу! Ненавижу, ясно! – слёзы всё же вырвались из глаз, застилая взор. Я рыдала, чувствуя, как в груди туго сжималось что-то, давило на грудную клетку, заставляя задыхаться от собственных слов в сторону любимого. – Я же не нужна тебе! Просто отстань, не появляйся в моей жизни тогда, и... Делай, что хочешь! Придурок...
– Ты пьяна.