— Само собой, — с безразличием в голосе сказала она и вяло покрутила кистью, призывая меня перейти к делу.

Я рассказал ей о происшествии в секс-шопе и обо всём, что со мной происходило до нашей самой первой встречи у аномалии. В моменте, где я описал интерфейс, она удивлённо приподняла брови, но промолчала.

А когда история дошла до мистической стены и появления самой Лены, она всё-таки прервала меня:

— Так… Постой. Ещё раз. Раньше ты никогда не видел аномалий, потом к тебе подселился паразит, и ты нашёл ту паранормальную зону. Там же встретил меня, и я тебя осмотрела. Всё было именно в такой последовательности?

— Да.

— А зону ты нашёл с помощью радара в интерфейсе, так?

Я меланхолично вздохнул.

— Да, всё как я и сказал.

Но, судя по всему, Лена уточнила не потому, что невнимательно слушала. Что-то в моей истории совершило, казалось, невозможное и нарушило её спокойствие. Лена по-прежнему сидела напротив меня с невозмутимым лицом, но по взгляду и едва уловимым изменениям в позе я понял, что она перешла в «режим боевой готовности».

— Откуда ты знаешь про интерфейс? — в её голосе послышались прохладные нотки.

Я откинулся на спинку стула и поднял раскрытые ладони:

— Воу-воу, расслабься, пожалуйста. Я просто говорю как есть, окей?

— Да ну?

— Да точно. Я понял, ты мне не веришь. Интерфейс — это какая-то особенная штука, и у меня её не должно быть, да?

С сомнением во взгляде Лена молча всматривалась в моё лицо, видимо пытаясь понять, насколько я правдив.

— Слушай, — продолжил я. — В этом безумии уже неделю варюсь. И в целом мало что понимаю. Ты — моя единственная надежда на хоть какое-то осмысление. Других источников информации у меня нет. Вообще никаких. Поэтому прошу о снисхождении. Если тебе так уж надо устраивать мне проверки, хотя бы поясняй, о чём ты говоришь.

Из-за моего состояния спич вышел довольно безэмоциональным, но смыслы, похоже, достигли цели. Лена немного расслабилась, её взгляд потеплел.

— Опиши интерфейс, — сказала она. — Подробно.

Я перечислил наполнение, пройдясь по всем элементам: от показателей вверху до радара и ряда иконок в нижней части.

Выслушав меня, Лена переспросила:

— Цифры два и три? А неделю назад было две единицы?

— Да.

— Как они изменились?

Чтобы избежать бесконечных уточняющих вопросов, я пересказал все события этой недели в хронологической последовательности. Чем дальше по истории я продвигался, тем выше ползли брови Лены. К концу рассказа на лице девушки, обычно безразличном, читалось нескрываемое изумление.

После того, как я закончил, она попросила ещё раз описать иконку, с помощью которой я создавал двойника.