Если же им всё-таки везёт, то со временем они и как люди становятся лучше. У них появляются социальные навыки, разные умения и что-то вроде случайной компиляции некоторых знаний их жертв.

— Вот в этом месте хотелось бы уточнить, — сказал я. — Изначально все адаптанты тупые?

— Охотники — поголовно, — ответила Лена. — А адаптанты с паразитами — когда как. В зависимости от того, как прошло слияние. Обычно полмозга приходит в непригодное состояние, и адаптант медленно восстанавливает его функции, как человек после инсульта. Но, само собой, от старой личности остаются лишь какие-то отголоски.

— Но бывают и другие варианты, так?

— Да. Если слияние не удаётся, и организм-хозяин отвергает паразита. Тогда паразит ищет нового носителя. И благодаря опыту следующее слияние проходит лучше, аккуратнее. При таком раскладе, бывает, человек даже общается с близкими, и те какое-то время не замечают изменений. Но это всего лишь иллюзия. Потому что в момент слияния настоящая личность человека погибает. Паразит подменяет собой практически всю нервную систему.

От её слов у меня внутри всё похолодело.

— И ты думаешь, что я?..

Она вяло улыбнулась:

— Как знать. Может, ты — чудесное исключение. Но теряться в догадках по этому поводу — моя проблема, а не твоя. Паразиты пользуются памятью организма-хозяина, но совершенно точно не путают себя с их личностью. А знаешь почему?

— Почему? — тихо произнёс я.

— У них есть чёткая цель: привести сюда побольше своих.

— И для этого надо заранее собрать кучу людей в месте, где возникнет очередное межмирье…

Выгнув бровь, Лена пристально посмотрела на меня каким-то недобрым взглядом.

Я виновато улыбнулся:

— Прости. Просто мысли вслух.

— В общем, я что хотела сказать… Если ты меня не дуришь, то у тебя этой цели нет.

Я с облегчением вздохнул.

— Прямо гора с плеч, спасибо… Значит, те парни похитили нас по той же причине? Ну, в смысле, чтобы в итоге достичь этой своей цели.

— Возможно.

— Хотя там был как минимум один не одержимый человек. Пётр. Интересно, что им двигало…

— Думаю, я скоро это выясню. Кстати, мы же на его машине приехали?

— Да.

Лена поднялась из-за стола и зашагала через зал.

— Проводишь до неё?

— Без проблем, — ответил я, вставая.

Мы вышли из дома и проследовали в соседний район, где ночью я бросил угнанное авто.

— Так а что насчёт громилы, который гнался за нами? — спросил я по пути. — Ну, его ещё фура сбила.

— Вряд ли он получил серьёзные травмы.

— В этом я и не сомневался… Я о том, что ты, вроде как, догадывалась о его прибытии.

— Предположительно, это один из немногих адаптировавшихся охотников. Впервые был замечен ещё в другом городе. С тех пор сменил несколько личин, периодически всплывает под разными именами. Мы зовём его Волком.