— Ага. Почему-то тогда мне это показалось важным.

Юля едва заметно улыбнулась.

— А я думала, что знаю тебя…

— И что в итоге? Я теперь в немилости?

— Нет… Может, самую малость.

— А как быть с ультиматумом от Лёшки?

— Я что-нибудь придумаю. Но… Мне очень не нравится, что мой парень врёт в таких важных моментах.

— То есть он в немилости?

— Никто не в немилости, Данила… Пришли. Это здесь.

Она кивнула на возвышающееся перед нами шестиэтажное здание с косой крышей. Старое, с облупленным фасадом — видно, что отделочные работы не проводились уже очень давно. Зато на стенах пестрели разные граффити со сложными композициями.

Будто предупреждая о чём-то, дунул холодный ветер, на мгновение у меня засбоил интерфейс. Я не успел как следует рассмотреть, но показалось, что на радаре что-то мелькнуло.

Я поёжился и застегнул пару пуговиц на кофте. Само собой, возникло нехорошее предчувствие.

Юля уверенно двинулась к парадному входу, через который то входили, то выходили люди. До столпотворений, как у входов в торговые центры, далеко, но, похоже, место достаточно популярное.

Мы зашли внутрь, миновали просторный холл с парой маленьких торговых стоек и стали подниматься по узким маршам центральной лестницы. Как оказалось, на каждом этаже дома находились один-два лофта, использующихся как отдельные арт-пространства. Ресторан с необычным дизайном и большой лоджией, фотогалерея, ещё какая-то выставка… Мы поднялись на последний этаж, с обособленной площадки которого был только один выход: высокая деревянная дверь, покрашенная белой краской. Рядом висело расписание фотосессий.

— Обычно они держат проход открытым, — сказала Юля. — Видимо, сейчас и правда никого нет.

Я подошёл к двери, легонько толкнул её, и та со скрипом отъехала в глубь помещения. С косяка посыпались щепки: ячейка для задвижки была раскурочена так, будто кто-то выбил закрытую дверь.

Мы с Юлей тревожно переглянулись.

— Подожди здесь, — сказал я.

Она хотела что-то возразить, но я, не желая спорить, сразу отвернулся и перешагнул порог. За дверью ждало что-то вроде прихожей, рядом с которой как отдельное маленькое помещение располагалась гардеробная.

Дальше начиналось обширное пространство лофта. Высокий потолок, множество окон на противоположной стене, редкие квадратные колонны. Небольшие перегородки делили лофт на зоны для фотосессий. Одни зоны воссоздавали природные локации, другие представляли собой сложные художественные инсталляции. Третьи — больше походили на закутки мебельных салонов, имитирующие обставленные комнаты.

В конце протяжённого лофта я увидел слегка возвышающуюся над полом площадку с опрокинутым столиком и разбросанными тюбиками краски. На стене за площадкой, почти во весь её размер, был нарисован фантастический пейзаж с оранжевым небом, красной травой и зелёным диском солнца, тающим в тёмно-рыжем море.