— Жестокая ты женщина, Лен. Я уже чего только не успел подумать.

— Жестокая? Я везу к себе домой, считай, беглого преступника. Столько же милосердия разве что у богослужителей.

— И насчёт этого… Я благодарен тебе и всё такое. Но зачем тебе это?

— Будет лучше, если ты проведёшь это время где-то под боком. К тому же обзванивать знакомых и родственников или искать съёмное жильё — плохая идея. Надеюсь, ты никому, кроме меня, не звонил?

— Нет, не успел.

— Хорошо. Пока вообще можешь об этом забыть. Кстати, после нашего разговора телефон отключил?

— Да.

Лена коротко кивнула.

— Только… — сказал я. — Ты так и не ответила зачем.

— Разве?

— Ты объяснила, почему мне лучше остановиться у тебя. Но я так и не понял, зачем ты мне помогаешь?

— А ты всегда находишь причины, чтобы кому-нибудь помочь?

— Нет. Но варево в моём котелке — это отдельный разговор. А ты ещё вчера говорила, что действуешь исключительно в своих интересах. Естественно, к такому прагматичному человеку у меня возник закономерный вопрос.

— Всё очень просто. Я думаю, ты мне пригодишься.

— И для каких целей?

— Это обсудим позже.

— А ты любишь откладывать интересное на потом, да?

— Приехали.

Лена остановила машину у подъезда нового десятиэтажного дома.

Я окинул взглядом бело-синий фасад здания и спросил:

— Какой план?

— Сидишь в квартире и не высовываешься.

— Долго?

— Пару дней — точно.

— А потом? Меня перестанут искать?

— Тебя и сейчас не так чтобы ищут. Константин видел, как ты начал распадаться. В рядовых случаях это необратимый процесс, свидетельствующий о том, что адаптант умрёт в течение минуты. Короче, ищут твои останки в канале. И угнанную машину с твоей подружкой. А тебя как беглеца — нет.

— Зачем тогда все эти предосторожности с выключением телефона и прочим?

— Даже если ты труп, тебя всё равно проверят на предмет связи с известными адаптантами вроде Волка. Работы сейчас завались, поэтому дело может затянуться… Но главное: в ближайшее время твою квартиру обыщут, изучат звонки, выяснят всю твою подноготную.

— Вот оно что… До знакомых тоже докопаются?

— Подругу, с который ты обнаружил тела, вероятно, уже расспросили о тебе. Опрашивать ещё кого-нибудь вряд ли будут. Рук не хватает, да и не думаю, что возникнет необходимость. Установят момент твоего предположительного заражения в секс-шопе, поймут, что ещё полторы недели назад ты был обычным студентом, запросят медкарту… И всё, пожалуй. Будут ждать, когда всплывёт труп, чтобы официально объявить о твоей смерти.

— То есть мне надо переждать волну проверок. Это я, кажется, уловил. А потом что? Можно возвращаться к обычной жизни?