— Ты что, тупой? — в нематериальном голосе старика отчётливо послышалось раздражение. — Ты для чего тренировался перемещать песчинки?

Вот хрыч старый, не может по-человечески объяснить что ли!

— Вернёмся в материальный мир, я тебе покажу «хрыча»! — пригрозил мастер. — Давай, начинай вкачивать энергию между ячейками сети. Только вместо песчинки используй эрг энергии.

Дилль понял так, что здесь, в астрале мысли материализуются.

— Правильно понимаешь, иначе как бы мы с тобой разговаривали, — хмыкнул старик. — Ну, долго мне ждать?

Действительно, чего ждать-то? Дилль мысленно (а по-другому всё равно не получится) произнёс формулу перемещения песчинок, точнее, эргов. Когда первый эрг проник между ячейками защитной сетки, произошла крохотная вспышка. Дилль повторил опыт — снова вспышка, но сеть осталась всё такой же прочной на вид. Тогда Дилль отправил в поход целую вереницу эргов, но в результате добился лишь долгого салюта.

— Давай, давай, продолжай, — подбодрил его мастер Иггер. — У тебя неплохо получается, может, станешь мастером иллюминации. Эй, не вздумай…

Поздно! Дилль, решив покончить с этим нудным делом, воспользовался наработкой, благодаря которой он так удачно накормил Мейса солью. Как утром он переправлял в тарелку к высокомерному воднику горсть соли, так и сейчас он отправил между ячейками салатовой сети целый рой эргов…

Ослепительная вспышка вышвырнула его в материальный мир, а тело пронзила острая боль, впрочем, тут же прошедшая. Дилль открыл глаза и обнаружил, что лежит на боку, уткнувшись носом в холодный камень пола.

— Да-а, — послышался рядом ворчливый голос старика. — Хуже дурака — только дурак одарённый. Тебя кто просил уничтожать заклятье?

— Какое? — Дилль оторвал нос от пола и с трудом сфокусировал разъезжающиеся глаза на учителе.

— Любое. Поздравляю, ты только что удалил со своего амулета все заклинания.

— Да-а? — Дилль приосанился, услышав похвалу. — И все мои штрафы тоже?

— И штрафы.

Он поглядел на свой амулет — камень в середине, ещё недавно бывший красным, сейчас сверкал первозданной белизной. И, конечно, никаких штрафных огоньков в нём не было. Ну и дела!

— То есть, и заклятье подчинения я тоже того… удалил? — спросил Дилль, прислушиваясь к своим ощущениям. — Да, точно, я не чувствую амулета. Ура-а!

Он вскочил на ноги и на радостях собрался отбить дикую джигу, которую, говорят, умеют плясать пьяные каршарцы, когда резкий воздушный удар опрокинул его на спину.

— Успокойся, болван! — тон старика был каким-то странным.

Дилль с недоумением посмотрел на учителя. Разве он не выполнил задание? Да он его перевыполнил! А старый… э-э-э, мастер, опять чем-то недоволен.