— Мне, что, повторить?
— Но, хозяин, мы ещё даже не расплатились, — удивлённо протянул один из ремесленников.
— Потом расплатитесь. Убирайтесь!
Ремесленники подхватили девиц и исчезли, пока кабатчик не передумал насчёт оплаты. Когда они ушли, Рохмиро закрыл дверь на засов и повернулся.
— А звали предка — барон Кадьяк, — завершил сеанс провидчества Дилль.
Линда опять ойкнула, король вздрогнул и посмотрел сначала на девушку, потом на кабатчика. Сам же Рохмиро нехорошо прищурился.
— Шантажировать нас вздумал, щенок?
Дилль поглядел на здоровенный тесак, вдруг возникший в руке кабатчика, и понял — шансов нет. Магия ему не подвластна, а король, хоть должен уметь фехтовать, но безоружен. К счастью, в дело вступила девушка.
— Дядя! Не смей!
— Да я их не буду сильно резать. Просто свяжу и сброшу в канализацию — пусть муары с ними разделаются.
— Дядя!
— Отойди. Я не позволю всяким проходимцам марать славное имя Кадьяков.
— Они не проходимцы. Ты же видишь, один из них маг, а второй — обычный торговец.
— Он такой же маг, как я. Просто этот прощелыга откуда-то узнал о нашем прошлом и заявился сюда, чтобы стрясти с нас денег за молчание.
— Позволь, Рохмиро, но ты не прав, — поскольку кабатчик не кинулся в драку, а вступил в разговор, к Диллю вернулось хладнокровие. — Если ты так истово хочешь сохранить тайну своего происхождения, то сначала сними и спрячь вон тот маленький щит. Любой знаток геральдики знает красный крест с мечами.
— Но никто не знает, что мы с ней — потомки этого древнего рода. И никто уже об этом не узнает, потому что эту тайну вы унесёте с собой в могилу.
— А откуда ты знаешь, что мы не оставили сообщников? — поинтересовался Дилль. — Которые, если мы завтра не вернёмся, растрезвонят на весь Тирогис, что потомки славных Кадьяков содержат какой-то жалкий кабак.
— Нет у вас никаких сообщников, — нерешительно сказал Рохмиро, — я же знаю.
— Ты маг-всевидец? Ну, тогда попробуй нас прикончить.
— Дядя, перестань! Ты же видишь, что они приличные люди, а вовсе не шантажисты, — Линда встала перед кабатчиком, не давая ему приблизиться к жертвам.
— Они — приличные мошенники, особенно этот, с зелёными волосами.
— Сударь, — король выступил вперёд. — Поверьте, мы не злоумышляли против вас и вашей досточтимой племянницы. И можете быть уверены, мы не скажем ни слова о том, что сейчас стало достоянием гласности.
— Эк ты загнул, — буркнул кабатчик. — Словно заправский королевский писарь.
— Я получил хорошее образование, если это вас так волнует, — сказал король. — Но я не писарь, а всего лишь простой торговец шерстью.