— Я услышал все, что хотел услышать, — с некоторой церемонностью проговорил рутьер. — Я уважаю ваши намерения, а Сантели хороший бригадир. Но все же, если передумаете… со временем…

— Я знаю, где вас найти, — закончил Шарлей.

Раньян кивнул, склонил голову в четверть-поклоне и вышел, не оборачиваясь. Короткий плащ мотнулся за его плечами, будто крылья сердитой птицы.

Наверху, в отдельных «апартаментах», то есть комнатке с обилием легких занавесей и единственной кроватью с россыпью подушек, Шарлей повалился на перину, не снимая сапог. Полежал, подумал. Криво усмехнулся, вспомнив обиженную рожицу служанки, когда та поняла, что клиент хочет комнату до утра, пробуждение перед третьей четвертью лунного хода, флакон с эликсиром… и больше ничего. Впрочем, бутылочку с янтарной жидкостью принесли без вопросов, а стакан воды к ней был очень правильный, то есть по-настоящему холодный. Безо льда, но так, что от пробного глотка зубы сразу заломило. Похоже, колодец здесь глубокий, такая вода идет лишь из самого сердца земли.

Шарлей нагреб под голову больше мелких подушек. Положил молот, прикрыл глаза и задумался.

Толково все-таки Хель растолковала насчет Профита. Немного сумбурно, но в целом толково, а попутно еще развеяла несколько легенд, что во внешнем мире представлялись железной истиной.

… Подземный мир Пустошей оказался намного ужаснее всего, что обещала поверхность. Катаклизм расколол камень множеством трещин, прорезал ходами и тоннелями, вскрыл ранее не существовавшие пещеры всевозможных видов, от крошечных нор до грандиозных залов, никогда не знавших света. И населил их жуткими созданиями, искаженными, потусторонними, смертельно опасными. Однако при этом же открылись старые клады, усыпальницы, гробницы давних времен, спрятанные от солнца еще в ту пору, когда был молод забытый предшественник Старой Империи, а миром правили отнюдь не люди.

Под землей ждала смерть. А еще — богатство. Серебро, золото, магические артефакты.

Но и это было не все. Первопроходцы, рискнувшие спуститься вниз, быстро поняли, что за исключением редких «узловых точек» подземный мир нельзя картографировать, потому что он постоянно меняется. Изувеченная магической вспышкой земля перетекала, как песок под напором воды. Волшебный мир подземелий трансмутировал, будто волновалось само пространство под серой равниной Пустоши. Нельзя было вернуться и собрать то, что оказалось упущено ранее. Но всегда можно было наткнуться на что-то новое. Проход, открывшийся в прочнейшем камне. Пещеру, которой здесь не было еще месяц назад. И новые сокровища. Профит — всегда только с большой буквы, как новое божество нового мира.