И посреди всего этого безумия порхал я. Основное искусство заключалась в том, чтобы понять, куда можно соваться, а куда не стоит. Центр превратился в кровоточащий кусок мяса. В прямом смысле этого слова. Алый Король превзошел сам себя: стены, асфальт, газоны, всё стало его частями. Но даже он не рисковал соваться на улицы, утопающие в белесой пелене тумана. От крематория и мест блокадных захоронений я сознательно держался подальше. Не хочу знать, что там сейчас творится.

Слишком высоко тоже не стоило подниматься. На уровне земли меня в основном донимали вороны, но крыши облюбовали иные твари. Копошащиеся насекомые переростки, которых я окрестил мотыльками. Ещё один важный мистический символ на моих глазах обретал физическую форму. Они не нападали, но и не отставали, порхая по крышам. Собираясь в подобие роя, который накроет меня раз и навсегда. Я упустил момент, когда сотни сверкающих злостью обсидиановых глаз перестали следить за мной. Но к моему дому мы подъехали без крылатого эскорта.

Во дворе наконец-то освободились парковочные места. Большинство машин выгорели до каркаса и были свалены в кучу могучей силой. К счастью, неизвестный дворник уже покинул это место. В округе вообще подозрительно спокойно. Не скрипят когти тварей, не слышно воя сотен глоток, только парочка великанов резвится вдалеке, разрушая верхние этажи многоэтажек.

Наша разношерстная компания высыпала из фургонов. Мужчины рассредоточились по периметру, как будто могли сделать хоть что-то полезное, кроме героической гибели. А меня накрыла ностальгия. Не так давно Наташа в окружении низкоранговых агентов Фонда штурмовала квартиру в поисках упущенной аномалии. Теперь Наташа уже не та, и вместо бойцов в униформе СОБРа — безоружные корейцы, но старый дом всё тот же. Надеюсь, мне не придётся захватывать собственную квартиру.

Домофон вырубился вместе с электричеством, но подъезд выглядел обжитым. Заменяя лампочки, на подоконниках горело множество свечей. Отблески от огня фитилей причудливо ложились на стены, создавая ощущение уюта и романтики. Я бы расслабился, ловя момент, если бы сзади не пыхтел Павел, затягивая упирающуюся Люн.

Стук в стальную сейфовую дверь разнесся по всему подъезду. За соседними дверями зашуршали, но это был хорошие звуки: шелест одежды, шарканье ног. Не завывания призраков и хруст костей. Здесь всё ещё оставались люди. Сильно напуганные, но живые. Скрипнула дверь и показалась настороженная Мэй в коротком шелковом халатике.

— Вы что-то хотели? Агафья сегодня не принимает.

— Старая карга устроила здесь салон? В любом случае, для меня время найдётся. Принеси еды в мой кабинет и оденься поприличнее.