На этот раз я использовал астральную проекцию больше для развлечения. В поднявшемся тумане едва удавалось находить дорогу, даже паря над лесом. Ломясь напрямую к городу, мы вязли в чаще и пару раз свалились в овраг. Поэтому блуждать в лесу пришлось куда дольше, чем я планировал. Силы у Эша тоже оказались не бесконечны. Мы часто останавливались, переводя дух и беседуя в мыслях и реальности. Пришла моя очередь рассказывать о своей жизни. А потом время пустых разговоров обо всём и ни о чем. Одному осилить такую дорогу было бы куда тяжелее.

Я напряжённо всматривался в горизонт, ожидая увидеть вертолеты или мигалки особых органов дознания, силы Фонда, да хоть кого-нибудь! После настолько мощного взрыва, сюда должны были, как минимум, спешить пресса и пожарные. Но спящий город упорно не замечал случившегося кошмара.

Спустя несколько часов, мы выбрались на шоссе. Несмотря на мою харизму и красоту Эша, редкие дальнобойщики не захотели подбирать двух грязных и окровавленных мужиков в оранжевых комбинезонах. Я ковылял сам, опираясь на плечо усталого негра. Так мы и топали вдоль дороги до Питера.

Городские джунгли для нас мало чем отличались от дикой природы. Без денег никто не хотел подвозить, а прохожие шарахались в стороны. Удивительнее всего для меня стало отсутствие полицейских. Я даже не предполагал насколько мало патрульных на улицах северной столицы. Гаитянец немного нервничал, но, в целом, держался молодцом: разглядывал витрины и необычные машины, удивлялся обилию рекламы и электричеству. Топать по асфальту оказалось куда удобнее, чем по лесу. Но, даже учитывая это, путь от руин базы Фонда до съемной квартиры занял больше суток. К знакомому двору мы подходили поздней ночью.

Спасибо мне из прошлой жизни, предусмотревшему подобную ситуацию. Ну, не совсем такую, скорее угон машины и дырявые карманы. Возле входа в подвал, за одним из кирпичей расшатанной кладки, был спрятан дополнительный комплект ключей. Такие нычки — первое, что я проделывал, заселяясь в новую квартиру. Обычно после каждого съемщика меняют замки, но это сложно организовать, отбывая пятнадцать лет в колонии общего режима.

Первое, что бросилось в глаза — непривычно пустой коридор. Агафья выгребла все книги и безделушки. Наверняка вещи сданы в ближайший ломбард за копейки. Дилетанты. Антиквариат продают напрямую ценителям, а не перекупщикам. На кухонном столе лежал мой старый мобильник, ноутбук, ключи от машины и записка.

Привет, босс! Уверен, ты крепкий малый и выберешься из всех передряг!

Извини за то, что отдали тебя омоновцам. Агафья сказала — ты подыхаешь и по-другому нельзя. Дух бывшего хозяина со мной больше не разговаривал, и как сделать иначе я не придумал. Не обижайся, плиз.