Вглядевшись в свое отражение я невольно ахнул, в лице юного князя явственно проступали черты другого человека –мои образца будущих веков. Это меня не расстроило и не порадовало, а всего лишь позабавило. А вот то, что я внешне так повзрослел мне очень сильно понравилось. Все-таки как не крути к шестнадцатилетнему безусому юноше отношение по-любому еще как к ребенку. Правда мелькнула тревожная мысль, а не произойдет ли моё стремительное старение до моих тех, двадцать первого века лет?
И тут же в голове прозвучало насмешливо:
«Не переживай, князь, жить ты будешь долго, а счастье от тебя зависит».
Голос я узнал сразу, но не испугался и не удивился. Спасибо, как говорится и на этом.
Глава 11
Мне совершенно не спалось, визит к Болотову был на мой взгляд судьбоносным, я очень из-за этого волновался и поднялся с постели очень рано.
К моему удивлению Андрей Тимофеевич оказался еще более ранней пташкой и до завтрака я подробно рассказал ему о своих проблемах и ожиданиях от визита.
После завтрака Болотов продолжил начатую вчера лекцию, сопровождая её, насколько это было возможно в зимних условиях, показом в своем саду и огороде и парке.
Вторую ночь в гостях мне опять не спалось, я был потрясен услышанной лекцией. Не меньше меня поразила выдержка и самообладание хозяина: муж младшей дочери Екатерины был декабристом и был под арестом. Поэтому дома не было жены Болотова. Она, несмотря на преклонные годы, уехала к дочери за день до нашего визита вместе с сыном Павлом. Сам Андрей Тимофеевич об этом не обмолвился ни единым словом, просто ночью я явственно вспомнил рассказ экскурсовода во время посещения музея -усадьбы.
После завтрака мы отправились домой. Андрей Тимофеевич дал мне сотню клубней картофеля и семена томатов.
Перед самым отъездом я решился поговорить с Болотовым на щепетильную тему судьбы его зятя.
— Андрей Тимофеевич, ради бога, не сочтите за наглость и бестактность мой вопрос. Подпоручик Александр Семёнович Пестов, арестованный по делу 14-ого декабря ваш зять? — Болотова мой вопрос не удивил и мне даже показалось что ждал его. Вероятно ему было известно участие моего родителя в этом деле. Ответил он быстро и односложно.
— Да.
— Когда я вернусь в Петербург, то попробую поговорить с генералом Бенкендорфом. Он проявил участие в горе, постигшем нашу семью.
Андрей Тимофеевич буквально пронзил меня взором и дрогнувшим голосом сказал:
— До свидания, князь. Если будет возможность, приезжайте летом. И присылайте ко мне кого-нибудь на обучение.
Что бы гарантированно сохранить драгоценные клубни я приказал их раздать всем и спрятать под одежду. Себе я тоже взял десяток семенных картофелен.