В небольшом переулке, где с трудом смогли бы разойтись двое человек, царил сквозняк. Я оперся одной рукой на кирпичную стену, жадно затягиваясь сигаретой. Головная боль отступала, сменяясь целым вихрем быстро мелькающих образов, картинок, звуков и понятий. Каким-то немыслимым образом я успевал зацепить краем внимания каждый из мелькающих образов, узнать его, но осознать увиденное не было ни сил, ни возможности. Крутящаяся перед глазами феерия увлекала за собой, но никуда не приводила…

— А-нно… — раздалось из-за спины.

Не с моим плотным графиком разносторонних предметов надеяться, что я в свои четырнадцать лет представляю из себя достойного бойца. Отнюдь. Обостренная паранойя, вечный тонус тревожности, и все свободное время, проведенное в тире, дали мне лишь стартовый минимум. Фундамент. Но одну вещь в меня намертво вбил сам граф Эмберхарт, собственными руками, примером и волей.

«Если ты слышишь или видишь нечто разумное, но нечеловеческое — готовься к смертному бою»

Творящаяся в сознании кутерьма не позволила осмыслить происходящее, но оба «Клатча» уже были в руках. Один из них смотрел на выход из переулка, а второй уперся точно в лоб стоящей за моей спиной девушке. Девушке? Нееет.

— Алистер-сан! АЛИСТЕР-САМА!! Не делайте этого! — вопль Кикути настолько походил на тот, что я слышал лишь несколько часов назад, что я начал приглядываться к будущему трупу, пытаясь разобрать в стоящем передо мной существе признаки Легран. Сознание помутилось настолько, что я принял горничную за Это?

Раздавшееся девичье ахание за спиной подбежавшего японца утвердило меня в мысли, что с рассудком все в относительном порядке. Анжелика стояла, прикрыв ладонью рот, и смотрела то на меня, то на заднюю часть моей мишени. Дуло свободного пистолета затанцевало между головами Кикути и Легран. Не угрожающе, предупреждающе.

— Мистер Кикути, вы опять за старое? — раздраженно спросил я японца, отслеживая глаза взятого на прицел существа и поплотнее упирая ствол ему в лоб.

— Не убивайте девушку! — возопил продолживший меня разочаровывать японец.

— Это не девушка, а демон, — тут же поправил я его, взводя пальцем курок револьвера, играющего ограничительную роль для японца и горничной, — Или вы хотите сказать, что я один вижу эти звериные уши и хвост?

Существо совершенно точно не являлось человеком, я это осознал, еще не видя его, по голосу. Сейчас, рассматривая нечто, крайне похожее на молодую девочку-подростка, обряженную в длинное платье из плотной шерсти, я не только видел ее расширенные глаза с цветом радужки лимонно-желтого цвета, не только наблюдал крупные кошачьи уши, прижатые сейчас к голове и безвольно замерший хвост. Еще я чувствовал его — запах крупного кошачьего.