— Что же, раз вы выбрали такой способ решить возникшие разногласия, — выдохнул японец, — Мне остается только принять подобный выбор.

— Благодарю вас за понимание, Суга-сан, — кивнул я, ставя гранату ему на стол и присоединяя к ней вторую, которая до этого момента была в кармане, — Мне искренне жаль, что пришлось вас побеспокоить, но теперь я могу спокойно вернуться к учебе.

Коротко поклонившись директору на прощание, я поспешно вышел из его кабинета. Цурума, девушка с серьезным, хоть и на редкость красивым лицом, ждала меня в коридоре. Вместе мы и поспешили назад в класс. Пурпурноволосая японка шагала целеустремленно и широко, даже мне, довольно долговязому, приходилось поторапливаться за ней. Зайдя в один из коротких коридоров, соединяющих основные корпуса зданий выше второго этажа, Цурума внезапно резко остановилась, развернулась, и посмотрела мне в глаза.

— Эмбер…харт-кун, — с некоторым затруднением произнесла она, — Граната… ты оставил ее у директора?

— Ну да, — я пожал плечами, а потом в порыве облегчения от удачно выполненной миссии, решил поделиться радостью с одноклассницей, улыбнувшись и сказав, — У меня две было.

Дальнейшее повергло меня в шок. Девушка кинулась ко мне, крепко обняла так, что я оказался совершенно беспомощен, прижала к стенке и закричала на ухо:

— Я тебя никуда не отпущу! Давай, сделай это! Сделай это здесь!!

— Что происходит?! — попытался возмутиться я ртом, в который попал изрядный пук пурпурных волос, но не был услышан. Девушка яростно и по всякому вжимала меня в стену, громко кричала бессвязности, а затем, ловко попав узеньким плечиком мне в горло и начав душить, она принялась рвать на мне одежду свободной рукой, не прекращая голосить о «Сделай это здесь» и «Не пущу!».

Я внезапно и с ужасом понял — вот оно. Цурума из тех оружейных маньяков-коллекционеров, что скапливают целые амбары и особняки всяческого огнестрельного оружия, холят его, лелеют, даже испытывают какую-то нездоровую плотскую страсть к стреляющим и взрывающимся штукам. Вот почему она вызвалась меня проводить! Вот почему говорила сквозь зубы! Она сдерживалась! И что теперь? Меня обесчестит японская маньячка в коридоре школы под свои же громкие вопли?!

Взгляд немного туманился, воздуха не хватало, но я успел разглядеть несколько осторожно выглядывающих лиц из-за угла. Кажется, на помощь мне никто не придет… Теперь точно все. После такого позора отец этого тела меня просто пристрелит… и я не буду сопротивляться…

— Алеша, ты где? — прогудел знакомый грудной голос Распутина, которому я обрадовался как родному.