Почти минуту старый и молодой мерялись взглядами, а я сидел и гадал — какая муха их укусила? Сказать, что такое поведение нехарактерно для выдержанных японцев — это ничего не сказать. Пригласить в дом с поводом «благодарности», вместо этого наезжать, давить и требовать, причем, определенно точно не зная, к кому ты вообще обращаешься…

Рюдзи убрал ауру и быстрым шагом удалился из комнаты, явно недовольный приказом.

Что, неужели Якусейсшо настолько «мусорный» бак?

Пара выкуренных сигарет и наблюдение за карпами в прудике сняли большую часть напряжения. Все это время глава рода стоял и делал вид, что тоже любуется рыбами.

— А скажи-ка Эмберхарт-кун, что послужило причиной столь категоричного… мм… отказа? — старец с воинственно загнутыми кверху остатками волос, потер спину, демонстративно кряхтя. Бросив на меня лукавый взгляд, мужик, на котором можно было возить кирпичи мешками, быстро спросил еще, — Неужели Рейко-чан так понравилась? Прямо настолько?

Я развернулся к валяющему дурака мужчине всем корпусом и… молчал где-то минуту, формулируя ответ.

— Иеками Рейко тут совершенно не причем, Иеками Суитиро-сан. Даже если не считать того момента, что визит в дом Иеками не дал мне ни единого повода отвечать согласием на подобную просьбу, то в любом случае — для меня имеет значение только данное мной, Алистером Эмберхартом, слово. Если девушка захочет прекратить со мной общение, то я приму ее решение как должное.

— Если б все было так просто, — вздохнул дед, переварив мою словесную конструкцию, — Увы, Эмберхарт-кун, нашему роду необходимо, чтобы у Рейко-тян были отношения с совершенно определенным человеком… и этот человек не ты. На нее мы можем влиять лишь… в ограниченных масштабах. Логика в моих рассуждениях тебе видна?

— Более чем, — совершил я первый искренний поклон по отношению к деду, — Благодарю что предупредили, Иеками-доно.

— Доно? Ты внезапно вспомнил о вежливости? — прищурился Суитиро, тут же теряя благостно-стариковский вид.

— Честное предупреждение о том, что меня вскоре попытаются убить — лучшее, что я услышал под сенью этого дома, — признался я, пожав плечами, — Моя семья не забывает о вежливости, но не разбрасывается ей бездумно.

— В общем, давай так поступим! — приободрившийся старец потер свои лопатообразные ладони друг о друга, — Ты молодой и горячий человек, Эмберхарт-кун, я сам таким был! Эх, молодость! Но мы говорим о серьезных и не терпящих отлагательства вещах. Род Иеками даст тебе срок… до следующего четверга. Это достаточно времени, чтобы все обдумать и принять взвешенное решение. Надеюсь, мы друг друга поняли?