Рядового Иванова пхнули в плечо.

— Так и знал, что ты здесь. А мы, между прочим, должны без заряжающего работать, так? — мрачно поинтересовался старший лейтенант Терсков. — Вот что ты здесь делаешь?

Отошедший было майор оглянулся:

— Старлей, бойца я забрал. Там времени в обрез было. Подожди, сейчас подойду.

Отправляли задержанных диверсантов, а танкисты неспешно пошли к машине. Митрич вкратце пересказывал командиру, что да как вышло — как обычно, из танка почти ничего толком не видели и не знали. Пришлось заново повторять у танка — остальной экипаж тоже очень любопытствовал.

…— Вот как, значит, взорвать нас хотели? Прямо вместе со штабом? — удивлялся Олег. — А сижу, слушаю задачи, даже и предчувствия никакого.

— Без предчувствия оно чаще всего и бывает, — сказал Митрич.

— А там точно взрывчатка была? — не поверил Грац. — Это же два грузовика, тонн пять, полгорода разнесло бы.

— Начальство изучит, взвесит, расследует, но вряд ли нам доложит, — отмахнулся командир. — Нам те сведения ни к чему.

— Точно. Ой, а это неужто к нам? — восхитился Грац.

К танку шла военфельдшер Варлам.

— Вы поосторожнее с красулей. Сходу укусит, — предупредил Митрич.

— Контуженные и раненые есть? — еще издали крайне сухо спросила представительница медицины.

— Никак нет, обошлось, — заверил старший лейтенант Терсков, медиков слегка побаивающийся.

— Хорошо, — строгая девушка оценила поцарапанный и покрасневший от кирпичной пыли «лоб» танка. — Вы как-то осторожнее тараньте в следующий раз. Смотреть было страшно.

— Непременно, товарищ военфельдшер. Это у нас пока привычки нет, первый раз такая ситуация, — пояснил Митрич. — А вы там очень опытно работали, чувствуется навык.

— Навык у меня не фронтовой, просто много на «скорой помощи» поработала. В смысле, на городской «неотложке», потом уже доучивалась, — снисходительно пояснила военфельдшер, поправляя очки.

Знал Митрич, что соваться не нужно и опасно, но ведь мешает снаряжение работать этой молодой и вздорной бабе-яге. А дело она делает хорошо, того не отнять.

— Товарищ военфельдшер, очки не позволите? Могу подправить, очень аккуратно и бережно.

— А вы точно умеете? — с превеликим подозрением уточнила медичка. — Разболтались, мешают ужасно, их…

Матерное словосочетание было вроде как совсем лишним, и уж совсем не шло девушке. Что за странное воспитание? Ладно, это не наше дело.

— Тут слегка обижаете, почти двадцать лет проработал на штучном производстве с оптикой, — намекнул Митрич.

— Специалист! — подтвердил командир танка.

— Ну рискните, — недоверчивая военфельдшер сняла окуляры.