— Ты пьян? — поморщился Евгений. — Где старш…
— Русские! — заорал солдат и нелепо упал с массивной лавки, кинувшись к стоящему у соседнего стола карабину.
Его товарищ наконец поднял взгляд от снаряжаемой ленты, мельком глянул на Евгения, с удивлением оглянулся на камрада, продолжающего на четвереньках рывок к оружию.
— Михель, что…
— Это русский! — прохрипел панически настроенный камрад, хватаясь за карабин.
«Психи кругом» — подумал Земляков, перекидывая автомат из-за спины.
Нервный (но на удивление догадливый) Михель уже дергал затвор «маузера». Пришлось срезать короткой очередью.
— О господи! — заорал немец за столом, отшвыривая пулеметный «кекс» и пытаясь нырнуть под массивную крышку стола.
Пули «Судаева» разнесли солдату череп.
… «нехорошо пошла импровизация» — успел подумать Евгений, но тут в его собственную голову прилетело…
… попали бутылкой, хорошо, что только на треть полной, хотя все равно крепко двинуло. Швырнул третий солдат — видимо, он до этого лежал на лавке за соседним столом и нагло дрых. Сейчас тянулся за карабином на столе…
… подвешенная над столом лампа раскачивалась, а контуженного Землякова и так качало, причем вместе с «Cудаевым» — стрелял, сначала попал немцу в поясницу — тот страшно закричал, вторая очередь пересекла спину…
— Что случилось⁈ — в подвал бежали сверху.
— Русские просочились! — в ответ проорал Евгений, не очень осознанно падая на пол. Успел схватить немецкий карабин…
— Где они⁈ — в дверь ввалились плечом к плечу здоровенный фельдфебель и худощавый тип в камуфляжной куртке с «Штурмгевером» наготове.
— Там, ниже! — ответил Евгений, вскинул карабин, пальнул в неповинный дверной проем, уводящий в винные недра.
Камуфляжный автоматчик тут же поддержал огонь щедрой очередью, фельдфебель выдернул из-за ремня «колотушку», но тут фельдфебельский взгляд неприятно задержался на лице Евгения:
— Ты кто?
— Там русская разведка! — несколько не в такт и весьма нервно ответил Евгений, передергивая затвор — тот, весьма некстати, шел туго. Совершенно они тут за оружием не следят, что ли⁈
Фельдфебель потянулся к кобуре, но ему мешала граната. Товарищ Земляков успел первым — упрямый карабин все же пальнул, всадив пулю в грудь немца. Немец завалился, его камуфляжный камрад уже поворачивал автомат в сторону Землякова…
— Предатель!
…«Вообще не угадал» — подумал Евгений, укатываясь под стол, поближе к своему «ППС».
…Наверное, мечущийся свет лампы виноват. Или ядовитые пары нижнего подвала. Старшему лейтенанту Землякову еще никогда не орали «предатель» столь выразительно. «Глаза вспыхнули ненавистью» — вот вроде очень книжная фраза, а верная, прямо ярче лампы полыхнул взглядом упоротый фриц…