— Двинули, — прошептал Олег.

Поползли. Немецкие белые куртки помогали — с двух шагов силуэт человека расплывается, уже неочевиден. В принципе, и до танка было недалеко, но мешало непривычное снаряжение: немецкая лопатка, ножны с кинжалом, фляга, магазины…. И как немцы на себя так все хитро вешают, чертеж у них есть какой, что ли? Олег вспомнил училище, положил автомат на предплечье «под ремень», как надлежит по уставу. Вот — сразу стало легче.

«37»-й был рядом. Высился глыбой в уже порядком облезшей белой зимней окраске-побелке.

— Митрич, я обползу, гляну. А ты к люку мехвода.

Насчет попадания угадал — ударило в левый борт, под острым углом, но крепко — два катка и ведущее колесо вышибло. Не ползать уж «37»-му, разве что после вдумчивого ремонта у технарей.

Олег прополз мимо изуродованного борта машины, Митрич лежал рядом с телом в темном комбинезоне.

— Наш? — прошептал Олег.

— А чей еще? Коллега твой, вроде лейтенант.

— Пашка Сизов. Давно воюет, он еще до меня в бригаде был.

— Так всё — отвоевался. Прямо в голову.

— Понятно. Документы возьми.

— Беру. Смерзлось тут всё…

Забираясь в люк, Олег испытал совсем уж поганое чувство — с холма лоб танка должен хорошо просматриваться, стукнут из пулемета, и непременно опять в зад прицелятся. Это уж совсем будет…

Обошлось. А внутри было как-то поспокойнее, попривычнее. Людей нет, пахнет холодным дымом и маслом — потекло где-то. Ну ладно, в радиостанции никаких масел нет, будем надеяться, заработает связь, а танкошлем парни бросили, это удачно. Олег надел холодный шлем и сразу почувствовал себя еще увереннее…

С радиоаппаратурой лейтенант Терсков поддерживал отношения уважительные, но не очень близкие. Понятно, связаться с соседями и батальоном мог, но чинить… тут вряд ли на серьезный радиотехнический подвиг способен. Но умформер подал признаки жизни, радиостанция включилась, прогрелась, и вроде бы работала. Только батальон не отвечал. Ну, это как раз не удивительно — не очень-то ждут связи. Зато аккумуляторы «37»-го вполне «держат», нормальные, почти новые. Да и саму радиостанцию в Т-34–85 перенесли в башню, теперь стоит удобно, красота. Подождем и повторим вызов.

Высунулся в люк мехвода:

— Митрич, оно как?

— Тихо. Только не ерзай в люке — заметно шевеление.

— Сейчас нижний открою.

Олег повозился с «десантно-эвакуационным» люком, перелез к орудию. На полу валялся ценный подкалиберный снаряд — с укладки взяли, но зарядить и выпустить не успели. Да, быстро немцы Пашку подловили, земля ему пухом.

Лейтенант Терсков глянул в прицел: вот она — вершина холма. Вроде рукой подать, даже следы широких гусениц видны. Впрочем, это наверное, мнится — там и воронок изрядно. Приложила наша артиллерия довольно точно, но наверняка с опозданием.