– Почему? – лениво поинтересовался Тино-фей, нежно сплетая наши пальцы.

Я смотрела ему в лицо и не видела злости, ревности. Такой же хладнокровный, только золото его глаз отливает холодом. Прячет свои эмоции, но я их каким-то образом улавливаю. Или это самообман? Не знаю, но хочу думать, что в кои-то веки моя особенная энергетическая восприимчивость подсказывает. Я попыталась перевести ответ в шутку:

– Током бью.

Тино-фей неожиданно резко перевернулся, навис надо мной. Заглядывая в глаза, склонился ниже к губам и тихо прошептал:

– Меня не бьешь.

– Не бью! – Это, вообще, большая редкость, так что не заметить было бы сложно.

– А Мань-яла бьешь, – зачем-то вспомнил о своем товарище Тино-фей, чем разозлил.

– Бью.

– А меня нет! – широко улыбнулся феранец, словно дразнился.

– И ты доволен, – усмехнулась я.

– Ты меня выбрала, конечно, я доволен.

Я тихо фыркнула и смущенно отвела взгляд. Мое заявление о том, что землянки выбирают себе мужчин, обросло доказательствами. Очень многие наши женщины открыто стали претендовать на феранцев, отодвинув в сторону претенденток других рас. Мы, земляне, боевые, но сейчас мне не хотелось об этом думать.

Я тихо млела от близости огромного и желанного мужчины. Он ласково водил носом по моей щеке и ласкал мое бедро, возбуждая во мне желание. Прикусила губу, чтобы не выдать себя улыбкой, прикрыла глаза, полностью отдаваясь ласке и плывя по волнам чарующего мужского голоса:

– Ты мне тоже с первого взгляда понравилась. Никогда не встречал таких воинственных женщин, как ты и твоя подруга.

– Это когда вы Глеба крали? – тихо уточнила, вспоминая тот миг.

– Да. Хорошо, что там Адис был. Он и подсказал, что я ошибся с выбором Души. Я тогда сильно расстроился, что именно ты Душа улья. Я же думал, что разберусь с вашим Глебом и вернусь потом за тобой, заберу тебя себе.

Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от таких приятных откровений.

– Только почему-то добрым и все понимающим героем женских грез пришлось быть Мань-ялу! – буркнула я.

– Прости, мы изначально договорились о линии поведения с Душой. И мне досталось изображать злобного монстра, который должен был тебя запугать и склонить к сотрудничеству. Но как можно было пугать тебя? Ты такая хрупкая, такая нежная… Язык не поворачивался грубить тебе. В итоге ты быстро разобралась и сама командовать начала.

От насмешливого и иронично-укоряющего тона Тимофея я смутилась, чем еще больше его развеселила. Он снова мазнул носом по моей щеке, а потом поцеловал за ушком, тихо посмеиваясь.

– Я вас сразу раскусила. У нас тоже есть такой метод: плохой и хороший полицейский.