— Короче, как видишь заняться нам было чем, — вмешался Багги. — Конечно, вид замка теперь плачевный, но думаю, всю эту копоть можно будет убрать. Более осторожно горгулий уничтожать не получалось, ха!

— Все в порядке, — отозвался Джон. — Можете всего не рассказывать. Дятлы мне уже докладывали про нападение. Но я знал, что вы выдержите. Однако все же, хочу уточнить у вас, сколько наших погибло и пострадало в этой битве?

Багги с Квазиком довольно переглянулись и гном ответил:

— В том-то и дело, Джон, что у нас нет погибших! Вообще никто не пострадал. Мы все не медлили и работали четко.

— Конечно, у них никто не пострадал, — заворчал тут же дед. — Зато запасы Савелия, черт побери, очень даже пострадали, — намекнул он про свои зелья. — За эти дни я столько зелий в гвардейцев влил, чтобы придать им бодрости и концентрации в сражении, что одним небесам только известно. Я даже сбился со счета. Не воины, Джон, а одни лишь убытки.

Слушая это, Джон улыбнулся и похлопал Савелия по плечу.

— Будет тебе ворчать, дед, — обратился он к старику. — Вы все отлично справились со своими задачами. Думаю, стоит отправить слуг хорошенько прибраться здесь, а нам всем отдохнуть.

— Ага, — согласился Квазик. — Но сначала расскажи, где вы с Алисией были. Нам ведь тоже интересно.

— О, рассказать нам есть что, но давайте обсудим это за обедом, — отозвалась Алисия. — Джон в дороге, кормил меня лишь пересушенным на костре, мясом диких зверей. Я соскучилась по стряпне Нормана.

— Ничего не выйдет сейчас, Алисия, ха-ха, — посмеялся дед. — Норман накормил гвардейцев обычной похлебкой и кашей. Все остальные блюда теперь поедают еноты, уже на протяжении нескольких часов. Из-за битвы, они несколько дней почти не ели, и сейчас озверели от голода. Как бы у нас все запасы не улетели на них.

— Не улетят, — подметил Джон. — Их у нас много, думаю на всех хватит. Но давайте все же, поторопимся. Может, из приготовленного и для нас что-то останется.

Все вместе они направились в обеденный зал замка, настроение у них было отличное, а на лицах играли улыбки. После исполненного долга каждому хотелось высказаться поподробнее и обсудить сражение за тарелкой аппетитного блюда.

* * *

В моих ушах уже на протяжении второго часа стоит звон. Это еноты, тренируясь, сражаются между собой на кинжалах, отрабатывая парирование всевозможных ударов, а я наблюдаю за ними.

— Поактивнее, волосатики, — хлопнув в ладоши, обращаюсь к ним. — Набили свои брюха едой до отвала, а теперь как неповоротливые бочонки.

Услышав мои слова, Рико недовольно хмыкает и бросает взгляд на свой живот.