Я постепенно растворялся в её изумрудно-кристальных глазах, голос обволакивал меня, вводя в какой-то божественный транс.

И вдруг среди слов красивой, но незамысловатой композиции про любовь, нежность и разлуку, прозвучали слова: «Не верь ему!». И вроде бы они вплетались в сюжет и рифму песни, но я отчётливо понял, что предназначались они именно мне.

— Сир! — раздался рядом резкий голос, и дымка начала развеиваться, — прекрати немедленно! Ты что творишь?

Я встряхнул головой, стряхивая наваждение, и всё тут же стало по-прежнему.

— Что это было? — удивлённо спросил я.

— Это песнь сирены, — усмехнулся Паук, — ты с ней будь осторожен, на неокрепшую психику она может сильно повлиять. Хотя мы ей этого и не разрешаем делать! — последнее предложение Паук выкрикнул, чтобы певица тоже его услышала.

— Сорри… — мягко улыбнулась она в паузу между строчками песни, и продолжила своё выступление как ни в чём не бывало.

— Сирены, это те, что завлекали моряков своими песнями, так ведь? — спросил я.

— Да, — сказал Паук, — но она предпочитает считать себя не сиреной, а сирином.

— А в чём разница? — я наморщил лоб, пытаясь вспомнить.

— По-простому говоря, сирена, это рыба, а сирин, это птица. Ей нравится считать себя птичкой, вот и вся разница! А так, по сути, одно и то же. Сладкоголосые певицы, умеющие воздействовать на людей. Но поёт, зараза, здорово! Мы не смогли себе отказать в удовольствии, использовать её по назначению. А чтобы не наделала глупостей, всегда рядом есть кто-то с защитой от её чар. Так что ты не волнуйся! — сказал Паук.

— Я и не волнуюсь! — удивился я его замечанию, — так ты говоришь, в орден вступают только добровольно?

— Хитрец! Подловить меня хочешь? — погрозил мне пальцем Паук, — так и есть! Адептами Ордена становятся добровольно, а она никакой не адепт. Видишь, какая у неё причёска? Не то, что у нас! — и улыбнувшись, Паук провёл рукой по лысому черепу.

Мимо нас проходила как раз одна из лысых адепток. В отличие от всех виденных мной ранее, эта была симпатичной… можно даже сказать красивой. Лысина ей очень шла, и, возможно, благодаря именно ей, глаза казались просто огромными! Одета она была в обтягивающий комбинезон, который подчёркивал все достоинства спортивной фигуры.

— Отличные бусики! — весело сказала она, поравнявшись со мной, имея в виду надетый на меня Пауком амулет.

И не останавливаясь, плавно покачивая бёдрами, пошла дальше.

— Отличные булки! — бросил я ей вслед.

Вопреки ожиданиям, она ничуть не обиделась, с улыбкой обернулась и подмигнула мне.

— Понравилась? — оживился Паук.