И вот тут болезнь мужа… Сначала всё казалось пустяком, но с каждым месяцем болезнь прогрессировала, врачи разводили руками. Сначала они обещали излечение, потом хотели просто остановить болезнь, потом хотя бы замедлить. Но уже в последних отчётах отчётливо просматривалась мысль, что нужно готовиться к худшему. Последний отчёт давал уже конкретный срок: в самом оптимистичном случае королю остался ещё год…

Вот сейчас Виала, королева Лакии, пыталась понять, как относиться к этой новости. Как бы она ни относилась к мужу, но чувствовала себя защищённой. Она могла не соглашаться с королём, пыталась действовать за его спиной там, где считала, что он проявляет излишнюю мягкость, собирала вокруг себя единомышленников, пыталась поставить своих людей вокруг мужа. Но она никогда не интриговала против короля. Всё, что она делала, было исключительно ради укрепления королевской власти, то есть ради сына. Ну так она считала. Из-за её действий порой и случались скандалы с мужем, который даже однажды пригрозил отправить её в монастырь, хотя оба знали, что угроза останется неисполненной.

И вот эта опора скоро должна была исчезнуть. Виала дурой не была, отнюдь. И она прекрасно понимала, что в одиночку ей не выжить, а то, что налетят разные гиены, тут даже гадать не надо. Вот где мягкотелость короля аукалась. Если бы он слушал её, то сейчас все сидели бы тихо, как мыши, и никто даже не осмелился бы угрожать её сыну. И хуже всего этот хитрый лис Стайрен Горзский, дружок её мужа и советник, которого совсем недавно он назначил канцлером, по сути, передав в его руки всю власть в королевстве.

Виала снова задумалась. Нет, как бы она к нему ни относилась, как бы ни ненавидела, но стоит признать, он по-собачьи верен династии Крат. Точнее, её мужу Эрдару, но там, где её муж, там и его сын. Нет, против наследника не пойдёт, а значит, хочешь не хочешь, но придётся договариваться. Если её муж назначил его канцлером, то наверняка он станет главой регентского совета, и как-то повлиять на это она не сможет. Остаётся постараться ввести туда как можно больше своих людей. И первое время придётся играть по правилам Стайрена, а вот дальше… Как не верен он, но так же мягкотел, как и Эрдар. И так же, как и её муж, будет стараться со всеми договориться, будет уступать. А когда Кайл подрастёт, то вдруг окажется, что власти у него никакой и нет.

Нет, определённо с этим надо что-то делать.

* * *

Небольшой плюгавенький человек, подобострастно кланяясь, торопливо выдавал слова почтения. Самому было противно раскланиваться перед варварским вождём, который с высоты своего роста с длиннющими усами, свисающих с боков рта и доходящих примерно до середины шеи, с наголо бритой головой с отчётливым превосходством взирал на посланника с высоты своего роста. Глянул на вручённый ему свиток.