сильно от него далеко, но все же — не он. Узкая улочка, вокруг дома, в каких-то горит свет, в каких-то нет. — Ведьмак, она все уже сказала, — внимательно глянул на меня Эдвард, прежде чем я захлопнул дверцу машины, предварительно выпустив из нее Анну. — Теперь просто надо увидеть. Она — кто? Генриетта или Анна? Ох, как бы я бесился от всех этих загадок еще с полгода назад! Сейчас — нет, сейчас привык. Мир вокруг меня такой, вот и разговоры в нем идут все вокруг да около. Тут главное — услышать самое важное, суметь различить за обыденностью тонкую вязь намеков. Слово сказано, осталось увидеть. Я повертел головой, внимательно рассматривая дома, стоящие вокруг меня. Обычные они, в Старом Городе все такие, смесь готики с еще десятком архитектурных стилей. Прямые линии, светлые тона, лепнина там и сям или даже чего покруче, например — картины прямо на стенах дома. Картины? Вообще-то, они на самом деле редкость. Да еще такие необычные. Ладно бы какие-то католические святые, это объяснимо и понятно, но тут-то ими не пахнет. На стене изображены воины в количестве трех человек, причем каждому достался свой участок, индивидуальный. Двое из них с оружием, один — с флагом. — Больно стало, — спокойно, как бы между прочим, сказала вдруг Анька. — Наверно, плохи мои дела. — Не отпевай себя раньше времени, — попросил ее я. — До полуночи еще далеко. Лучше напомни, что ты сказала перед тем, как мы остановились. — Что мысли разбегаются, как тени, — отозвалась девушка и прислонилась к фонарю, положив руку на живот. Тени. Они точно жили давно. И вот эти трое ребят, если только это не фантазия какого-то безвестного чешского художника, тоже воевали не вчера и не позавчера. И отдельно стоит заметить, что солдаты в давние времена редко получали доброе посмертие, потому как через одного были наемниками и мародерами. То есть сражались за отечество того, кто им платит, а после тащили оттуда себе и под себя все что можно. Я оказался прав. Перерыв за десять минут два десятка сайтов, я обнаружил фото дома, у которого мы стояли. И он действительно проходил под графой «дом с привидениями». Причем сразу с тремя. Естественно — вояками, которые то ли сдуру, то ли с пьяных глаз дали друг другу посмертную клятву. В смысле — поклялись не разлучаться друг с другом даже после смерти, тогда такое часто практиковалось. Средневековье, дикие времена. А еще про нас говорят, что мы легкомысленно живем в нашем двадцать первом веке. Один полег на поле боя, а двое других, что вполне резонно, передумали умирать