Оскар мне, Оскар!

— Это вовсе не колдовство, если ты способен заметить. Оно тонко работает, знаешь ли. Теперь нужно некоторое время, чтобы магия развеялась, как утренний туман. Твои действия сейчас кажутся тебе естественными, как дыхание, но через несколько недель ты начнёшь понимать, что творил ерунду и не контролировал себя, — сказал громила, сокрушённо качая головой. — Ну, эльфы просто применили один из способов, чтобы меня убрать. Должен признать, они становятся всё искуснее в своих попытках покушения. Если бы не тот кредит, я бы никогда тебя не заподозрил. Никогда в жизни!

— Но кредит-то тут при чём? В смысле… — я запнулся, изображая полное замешательство. Главное не переиграть.

— Магия очарования заставляет тебя действовать так, будто покушение — это твоя собственная гениальная идея, — терпеливо объяснил Лекс, как маленькому ребёнку. — Так что ты, естественно, ведёшь себя как обычно. Это и усложняет обнаружение. Да, настоящий Алексей Сергеевич Морозов достаточно умён, чтобы провернуть аферу с кредитом и получить халявные деньги, каким-то образом убедив Торговцев согласиться. Но, с другой стороны, настоящий, подлинный Алексей Сергеевич Морозов не настолько глуп, чтобы так тупо спалиться. Заклинания путают твои мысли. Прощё говоря, магия делает тебя тупее.

Было странно видеть, чтобы такой здоровяк, размером как молодой Дольф Лунгрен и такой же убойный, потому что что Дольф на самом деле являлся офицером и инструктором рукопашного боя в морской пехоте своей Швеции, купился на самодеятельный театр одного актёра, как ребёнок.

Вот только Лунгрен просто человек на экране в телевизоре в моём прошлом мире, а этот чёрт стоит в метре от меня в доспехах и с мечом. Стоит и рассуждает о том, что я дурак.

А может, по факту, он прав? Я поступил глупо, раз попал в такую историю.

— Э-э-э-э… Мне всё ещё трудно понять, поверить и оценить ситуацию, — прохрипел я, стараясь выдавить из себя жалкое подобие улыбки.

Я продолжал подыгрывать изо всех сил, надеясь, что обман сработает.

Это просто адская ложь, просто запредельная, но браслет именно то «доказательство», которое ему так необходимо. У меня сложилось впечатление, что Лекс не очень-то и хотел меня убивать. Возможно, свою роль сыграл только что оформленный кредит, по которому Торговцы теперь юридически обязаны платить. Эта его готовность поверить во что угодно, лишь бы не в правду, и стала тем последним толчком, который помог вояке с лёгкостью принять версию об эльфийских кознях.

Самообман — великая сила.

— Полагаю, мне следует забрать эту штуковину для изучения, — задумчиво произнёс Лекс, вертя браслет в своих ручищах. — Мои артефакторы, лучшие в своём деле, выяснят его силу и происхождение. Чтобы так воздействовать на Избранника, он должен быть чертовски мощным. Наверняка какая-то древняя реликвия.