Такая теория мне нравилась больше, чем предположение, что Избранница Шилово просто решила из-за каких-то своих личных обид начать со мной войну.

И что мне теперь делать? Созывать армию, маршировать на Шилово и требовать вернуть моего дипломата? Обстановка и так горяча, а присутствие военной силы, без сомнения, вызовет обострение. К тому же, что я вообще знал о сборе и управлении настоящей армией? Мог бы, конечно, нанять наёмников, но… Возможно, лучше просто поехать и решить этот вопрос лично? Три человека вряд ли станут поводом для развязывания полномасштабной войнушки, хотя в этом дурдоме всякое бывало.

Ворча себе под нос, позвал своих телохранителей, и мы снова приготовились к выезду. Опять дорога, опять какие-то разборки. Когда же уже появится возможность спокойно посидеть в кабинете и заняться стратегическим планированием, а не тушением пожаров⁈

— Ну вот не можешь ты, шеф, чтобы всё было тихо-мирно, да? Вечно у тебя какой-то движ, — заметил Нож, когда мы садились на лошадей. Его голос, как всегда, сквозил сарказмом.

— Я начинаю думать, что чрезвычайные ситуации — это теперь моя новая норма, — ответил я, проверяя подпругу. — Такой вот перманентный кризис-менеджмент.

— Самая большая лягушка больше всех мух ловит, — изрёк Глыба, взгромоздясь на своего могучего коня, который под ним казался пони. — Но она же и привлекает самых голодных змей.

— Хорошо сказано, — кивнул я, когда мы выехали в направлении Шилово. — Чертовски хорошо сказано! Прямо в точку, философ ты наш доморощенный!

* * *

Мы подкатили к Шилово на рассвете, ну, если это можно назвать рассветом. Так, посветлело немного. Туман клочьями висел над землей, как будто великаны вату рвали.

И что я там увидел? В городе разместился целый цыганский табор, только вместо кибиток ряды походных палаток, а вместо медведей с гармошками суровые невыспавшиеся рыла вояк.

Всё население в едином порыве готовится к военному походу. И это, как говорится, налицо.

Натуральные военные сборы, блин, как будто тут не заштатный городишко, а как минимум штаб военного округа перед крупными учениями.

Штабелями сложенная древесина, видимо, для каких-то осадных хреновин: катапульты, тараны, или что у них тут вместо «Градов» и «Смерчей».

Точатся мечи на здоровенных кругах, аж искры летят во все стороны, а кузнецы, чумазые, как черти из преисподней, латают доспехи, молотками стучат. Короче, работа кипела, как в муравейнике перед затяжным дождём. Пахло дымом от костров, конским потом, перегретым металлом и, кажется, подгорелой кашей. Атмосферка, скажем прямо, та ещё! Напряжение в воздухе висело, как будто грозовая туча.