Первые и вторые меня не сильно интересуют, они не то чтобы уже сдались, но для осознания нового статуса им понадобится время, кому-то чуть больше, кому-то чуть меньше. В любом случае мне они не соперники и не конкуренты пока. А вот третьи… Их немного, но они есть. И именно с ними мне придется дружить и соперничать в ближайшее время. Не знаю в чем, как, для чего, но придется. Это факт, а он, как говорил классик, самая упрямая в мире вещь. Причем, по сути, это две стороны одной медали, ибо с такими друзьями чаще всего врагов и не нужно.
Почему я во все это точно впишусь? Да потому, что я не желаю оказаться в числе десяти неудачников, которые выйдут вон в ту дверь. Прошу прощения за двусмысленный каламбур, но тамошняя темнота теперь предстала передо мной совсем в другом свете. Сдается мне, за этой дверью начинается безвременье и беспамятство, так что я лучше здесь поработаю, в отеле. Коридорным, портье, консьержем — кем угодно. Да хоть на кухне! Последний вариант, кстати, вообще в каком-то смысле идеален. Подальше от начальства, поближе к котловому питанию и всем местным новостям, ибо они всегда стекаются именно туда, где хватает еды. Что может быть лучше?
— Тём, ты ведь не шутил? — после того как новый работодатель похлопал меня по плечу и отошел в сторону, шепнула мне на ухо Инна, решившая воспользоваться внезапно возникшей паузой. — Думаешь, мы реально того?
— Слушай, давай в будущем обойдемся без всякой зряшной мишуры, вроде вопросов, не имеющих смысла, иначе не сработаемся. Ты же все поняла, причем как бы не раньше меня. Может, еще в номере или у зеркала. Так к чему теперь этот театр? — Я иронично глянул на свою новую напарницу и передразнил ее: — «Ты не шутил?»
— Не похоже, — насупилась девушка. — Не так я говорю. Ну да, поняла. Но мог бы и подыграть, тебе нетрудно, мне легче.
— Если мы друг другу подыгрывать всякий раз станем, то будущего тут у нас нет.
— Почему? Это не праздный вопрос, хочу твое мнение услышать.
— Потому, что нас обойдут те, кто раньше понял простую истину — работа на результат эффективна в случае полного взаимопонимания партнеров и отказа от всякой ерунды вроде притворяшек для душевного комфорта и прочих бессмысленных приятностей. Честность друг с другом — да, очень нужна. Открытость и умение слушать и слышать друг друга крайне приветствуются. Трахаться тоже можно, если речь идет о чистой физиологии, оно делу не мешает. А поглаживание по шерстке, сюсюканье и разные поддавки — сразу нет.
— Может, и тут ты прав. — Инна обвела взглядом наших будущих конкурентов. — Единственное — насчет трахаться пока подумаю, как-то я еще не готова к такому. Как думаешь, а что делать придется? Только не передразнивай, я на самом деле не понимаю.