— Это ладно. Нам бы с тобой проговорить все, что мы от Елены узнали, сверить свои ощущения и умозаключения. Первый день прошел, осталось два, а это всего ничего времени.

— Если каждый день здесь будет такой же долгий, как сегодняшний, то ничего это не мало времени, — заявила девушка, выглядящая довольно эротично, поскольку из одежды на ней осталось только нижнее белье и чулки. — Наоборот — ужасно много. Господи, ну что за архаика! Я — и в подобном… Даже не знаю, как это назвать. То ли стыдоба, то ли срамота? Тьфу!

— Мне нравится, — дипломатично заметил я, вешая штаны на спинку стула. — Не трусы красят человека, так сказать. Что до времени — иллюзия. Говорил и повторюсь — скоро не будем успевать недели отсчитывать, станем жить от воскресенья до воскресенья.

— Из-за подведения итогов? — уточнила Инна, с некоторым трудом стянувшая с себя чулки и подошедшая к шкафу. — Ну да, наверное. И смотри в другую сторону, не хочу, чтобы ты меня вот такой видел. Ну или дай я совсем разденусь тогда, что ли? Все лучше, чем в этом убожестве. Да чтоб вам всем, где полотенце? Тём, я твое возьму?

— Ни в чем себе не отказывай, — улегшись на кровать, я закинул руки за голову, — мы теперь в каком-то смысле одно целое, потому полотенце — меньшее, что я могу тебе отдать.

— Ой-ой-ой! — скорчила рожицу девушка, расстегивая лифчик. — Выпендрился, выпендрился, сплел красивую фразу. Но на меня интеллектуальные заходы не действуют. Иди вон мозги Кире словесными изысками делай, с ней может и прокатить.

Дверь, ведущая в туалетную комнату, захлопнулась, а чуть позже там зашумела вода.

Я полежал пару минут с закрытыми глазами, раздумывая — плюнуть на все и уснуть или же все-таки дождаться Инну и свести воедино итоги сегодняшнего дня. С одной стороны, разумнее это делать сейчас, по горячим следам. С другой — завтра голова будет посвежее.

Сон не шел, потому я включил лампу-ночник, висящую над кроватью, достал из шкафа договор и снова улегся. Почитаю, однако, а там, глядишь, и сморит меня.

Как оказалось, в этом документе, регулирующем отношения работника и работодателя, содержалось немало интересного. Скажем так — если бы не наша патовая ситуация, в которой выбора подписывать его или нет, по сути, не было, то шиш бы я под этим всем свой росчерк поставил. Нет, совсем уж кабальными условия труда назвать нельзя, но и сильно справедливыми тоже.

Наши права, например, уместились всего-то в пять пунктов. Обязанности же расползлись на полторы страницы и были расписаны невероятно подробно. Да и ответственность тоже оказалась весьма однобокой, при любых раскладах мы, сотрудники, работодателю были много чего должны, а он нам нет.