Следом за опытом пришла и энергия. Мой запас восстановился до стандартных восьмидесяти процентов. С таким количеством энергии я довольно легко разделался с остальными робопсами, пока Уголек гонял квадрокоптеры, как коршун.

Взломать доберманов или переключить управление я не смог, поэтому просто варварски выломал самые ценные и интересные узлы конструкции. Сейчас было некогда церемониться и разбираться, но потом хотелось изучить их и применить для усиления моего спота. Заодно я опустошил подсумки Ингер: запасная батарея и запас скайкрафта в формате небольшого ремкомплекта мне точно не помешают, когда я встречусь с «Варлоком». Кнут-нагайку я не нашел. Вероятно, деактивировалось со смертью Ориджа.

А потом я припустил к лагерю «Лимы».

Когда передо мной замаячил силуэт базы, небо уже окрасилось красно-черными красками. Круглое солнце наполовину упало за горизонт, опустившись сквозь серые тучи.

Судя по картинке от Уголька, Фин был занят погрузкой ценностей на аэрокатер. Приступил он не сразу. Видать, подчищал операторскую, а потом несколько раз отвлекался на атакующих монстров. Помочь ему в лагере никто не мог.

Роджер к базе пока только подходил. Совсем чуть-чуть мне не хватило, чтобы перехватить его раньше! «Варлоки», оказывается, ничуть не медленнее «Разведчиков».

Времени на разработку хитроумных планов не хватило. Берсерк бы помог, но завала под камнями он не пережил. Минута, другая — и Ориджи сядут в аэрокатер, и тогда мне уже никакие «Рывки» не помогут.

А сейчас помогут.

Я влетел на территорию лагеря практически сразу за Роджером, ровно в тот момент, когда он скрылся в ангаре. До последнего держал маскировку, но либо я переоценил ее, либо недооценил ветеранов легиона.

Казалось, что момент идеальный: «Варлок» внутри, а Фин что-то привязывает в катере, стоя ко мне спиной.

Но уже в следующее мгновение Оридж Фина небрежным движением увернулся, пропустил меня мимо себя и, схватив за плечо, на моей же скорости отправил в полет в стену ангара. Свистнул Роджеру, подхватил огромный колун из катера и попер на меня.

— Боли нет, она только в моем воображении… — прошипел я сквозь зубы. Вынул голову из стальной вмятины, встряхнулся и откатился к катеру. — У Роджера боли, у Фина боли, а у Алешеньки не боли…

Детская мантра, из-за которой мне всегда было жалко кошечку с собачкой, для драки с Ориджами пришлась вполне кстати. Действовала умиротворяюще и помогала сосредоточиться. Под защитой катера — последнего скоростного средства, которое ни я, ни ветераны не хотели ломать, — я отполз и поднялся.