Коптер довольно лихо, рывком по вертикали, взлетел в небо и стал едва заметным, слившись с голубым небом. А потом полетел к базе.

— Уголек, улыбаемся и машем, — я свистнул дрону и вышел на улицу с пустыми коробками. — Пусть он меня срисует, а потом ломай его. Желательно, чтобы все выглядело, как несчастный случай…

Вынес коробки. Я нарочитомедленно передвигался по территории станции, словно никак не мог выбрать место для мусорки. А потом пошел к воротам шлюза и начал устанавливать на них новый замок.

Судя по сканеру, вражеский коптер уже довольно долго висел над базой. Меня он точно засек, ну все, хватит уже мой задний двор палить. Еще Крабиков моих отсканирует или ловушки. Я отдал Угольку команду уничтожить цель и почувствовал в небе отголоски электромагнитного импульса. А через пару секунд мне под ноги свалился коптер.

— Кажется, у нас первый трофей!

Уголек ничего не ответил и быстро полетел обратно к багги.

Дроиды явно о чем-то спорили. Кастом разводил руками, отступая под напором «Истребителя». Минут пять они так препирались, а потом залезли под масксеть в багги. А дальше тишина. Никакого движения, словно парни рассинхронизировались и пошли докладывать обстановку начальству.

Ладно, я тогда тоже на обед.

Вы покидаете центр управления

偵

स्काउट्

察

. До рассинхронизации 5, 4, 3…

Не отключайтесь, айл би бэк после рекламной паузы…

Отключился от Ориджа и размешал в миске какой-то крем-суп. Вкуса особо не понял — нечто среднее между тыквой и капустой. Заглотил его, не дожидаясь, пока остынет, обжигая язык и небо. Времени на гурманство нет.

Параллельно связался с Абрамовым-старшим. Вдруг есть какие-то новости.

Новостей было немного. Люди Абрамова трясли всех: от владельцев бара до тех, кто был в ту ночь там, пытаясь выяснить, связан ли кто-то из них с «Тринадцатыми».

— А они на связь не выходили? — спросил я. — Ничего не просили? И условий не выдвигали?

— Нет, — покачал головой отец Боба, — И это начинает напрягать. Я боюсь, что из него пытаются выбить какие-то сведения. У него доступы были к нашим системам.

— Думаете, пытают?

— Не знаю, — грустно сказал Абрамов, и стало сразу заметно, как он устал. — Я специально никакие коды не меняю, чтобы, если он что-то скажет, эти уроды не подумали, что он врет.

Мы перекинулись еще парой фраз и попрощались, договорившись поддерживать связь.

Я доел свой суп, кинул шоколадную печеньку скакавшему вокруг меня чибзику и начал заваривать кофе в термос. Это меня хоть как-то отвлекало от тревожных мыслей о Бобе. Каким бы простаком он ни был, может и упереться. В героя поиграть, а герои ведь секреты не выдают.