Тут перед моими глазами мелькнула быстрая, яркая искра, и, не успел сканер сообщить о приближении органики, как из мотка паутины на меня выскочила мелкая черная тварь.

Маленькая, почти плоская, покрытая черными чешуйками голова. Тело опутывали те же самые нити, которые образовали своего рода паутинный панцирь. На спине у монстра светилось темно-багровое пятно, которое при этом еще и быстро пульсировало. Восемь лап с острыми коготками. Они-то и издавали этот постукивающий звук, который я услышал.

Прыгучая тварь оказалась настолько быстрой, что я даже не успевал задуматься — ну а как здесь тоже бомба ходячая? — и отмахнулся. Активированный клинок рассек паучка пополам и только после этого окутался сразу и силовым полем, и туманной дымкой. А я зачем-то зажмурился.

Через секунду открыл глаза и уставился на две одинаковые половинки, ковыляющие в разные стороны. Хрень какая-то! За ними вдобавок тянулся след по полу в виде зеленых капель. Отпускать не стал, точными выстрелами из дробовика раскидал обеих по стенам.

Получил немного опыта с энергией и прошел из коридора в гостиную. Опутанные паутиной старый диван и три кресла выглядели довольно жутко под свисающей над ними лампочкой. Остатки разломанного стола и разбитая тач-панель на полу давали понять, что здесь была драка.

Как-то не очень похоже на жилище фоггеров. Скорее, пристанище бедолаг, которых отправили сюда качать рудоний до того момента, пока месторождение не иссякнет. А судя по тому, что я видел снаружи, рудоний их переиграл и уничтожил.

Я перешел в следующую комнату и почти налетел на лежащий на полу плотный кокон. Этот уже не был пустым. Присев рядом, я разрезал клинком смотанные в несколько слоев жгуты.

Внутри обнаружился инженерный дроид с расколотым визором.

Модель была достаточно редкой. Такие «Майтен» запустил в серию лет шесть-семь назад, но потом вскрылся какой-то баг, и почти всех отозвали. Похоже, до этих ребят уже не дозвонились.

По всей видимости, я оказался в бывшей операторской. Из мебели тут стояли три потрепанных кресла, две тумбочки и пустой стеллаж. На стене висел дисплей, до которого тоже добралась паутина, опутав ее со всех сторон.

— Боб, прием. Похоже, пустышка, — сообщил я. — Не пережил стартап местную фауну.

— Ну и отлично, — ответил Роберт. — В таких вещах даже хорошо иногда ошибаться.

— Насчет «отлично» местные бы с тобой поспорили, конечно, — не прерывая разговор, я пошел дальше.

Из пустой комнаты без мебели с одним окном я попал в кладовку. Мельком просмотрел то, что еще осталось на стеллажах: старенький шлем, набор колб, какие-то провода… Все остальное пространство было завалено мешками с «подсохшим» до состояния мокрого цемента рудонием. Этакая рыхлятина.